– Почему Глава вдруг об этом оговорился... Он хочет сказать, что я могу выбрать священный Запечатанный Артефакт, чтобы обменять его на останки Творца? А я об этом ещё и не упоминал... Да, я, пожалуй, прежде передам сведения мистеру Шуту, и посмотрим, какой предмет будет ему угоден... – Деррик, на миг ошеломлëнный, потом стал понимать. И кивнул тяжело:
– Да, Ваше Превосходительство.
Не говоря больше ни слова, попрощался и стал готовиться участвовать в праздновании урожая.
Охотник на Демонов Колин, посмотрев, как удаляется фигура Берга, неторопливо подошёл к окну и устремил взгляд к алтарю у тренировочного поля.
Там уже собралось множество народа. Одни водили хороводы вокруг алтаря Творца и древними плясками ублажали божество. Другие пели славословия могущественной сущности.
На лицах людей были откровенные, издалека заметные улыбки, глаза лучились надеждой и радостным предвкушением. Как будто Создатель вернётся, если они продержатся ещё несколько лет, и всем тяготам их жизни настанет конец.
Таковые ожидания раз за разом в последние два-три тысячелетия разбивались в прах, но воскресали, снова и снова, чтобы подпитать сердца людей в сопротивлении отчаянию и несении бремени.
Колин Илиад стоял у окна и смотрел пристально, внимательно.
...
Бэклэнд, улица Бьëклунд.
Клейн, спустившись из пространства над серым туманом в реальный мир, чувствовал тяжесть на душе.
Страница дневника императора Рассела позволила Клейну постичь тайны Зрителя. Клейн понял, как опасно будет ему продолжать вести расследования о короле. Даже при благословении Церкви Вечной Ночи и Богини полной безопасности не наступит.
– Это в основном завязано с усвоением Богиней Уникальности пути Смерти – “Она” не сможет спуститься в мир довольно долго... Надеюсь, Господь Штормов и Бог Пара и Машин в судьбоносный момент успеют отреагировать... Но как бы то ни было, есть мадам Арианна, Уилл Осептин и Паллез Зороаст, и с ними это уже не какой-то фатальный исход. Пусть я даже погибну, у “Них” всё равно будет возможность схватить мой труп... Чем дольше я держусь, тем выше шанс стечения обстоятельств, благоприятных для моего выживания... – снимал Клейн нервное напряжение самоироничным замечанием.
Прежде, над серым туманом, он уже решил, на чëм сосредоточится в своих изысканиях. А именно, на преследовании Святой Непорочности Катарины и Демонессы Трисси, чья нынешняя Последовательность была неизвестна. Что же касалось Хвина Рэмбиса, пока тот не делал шаги в сторону мисс Справедливости, Клейн не пытался выискивать его, иначе бы попал в передрягу, с которой не совладал бы.
– С одной стороны, я жду отклика мисс Правосудие, а с другой, надо попытаться, проверить, не найду ли Контр-адмирала Болезней. Задействовав кровную связь её со Святой Непорочности, я могу попытаться выследить вторую. Но это не очень реально. Три Церкви до этого способа наверняка додумаются, потому и Секта Демонессы наверняка это парирует... Позже скажу Деницу, чтобы поискал предметы, имеющие отношение к Контр-адмиралу Болезней и воспользуюсь способностью серого тумана наводить помехи и преграды... Да, заодно спрошу Деница об Андерсоне. Это не столь неотложное дело. С Незатенëнным Распятием ещё экспериментируют... – Клейн собрал разбредающиеся мысли и встал с кровати.
Он уже при помощи подавления от серого тумана связал вместе Незатенëнное Распятие и мистический предмет - Сломанные Пальцы. Хотел посмотреть, очистится ли признак Потустороннего.
Отдохнув дома, Клейн переоделся и вышел вместе с камердинером Энуни. Собирался помолиться в Соборе Святого Самуила, а после посетить Лоэнский Благотворительный Фонд.
Этот камердинер был на самом деле не Победитель, а Йонас Килгор. Настоящий Граф Падших был превращëн в плоть с помощью Цветка Крови и скрывался в животе Графа Падших.
Погода в Бэклэнде в эти дни частенько бывала мрачная. Сейчас ещё не зажжены были газовые фонари, что тянулись рядами по обеим сторонам улицы, но уже горели и тут, и там огоньки окон.
Клейн с безразличным видом наблюдал всё это. На своей карете доехал с улицы Бьëклунд на улицу Фелпса. Первым делом отправился в Собор Святого Самуила молиться, после чего снова надел цилиндр, взял трость и зашагал к Лоэнскому Благотворительному Фонду.
Подходя к двери, услышал рядом какой-то звон. Оглянулся и увидел мисс Одри на осовремененном велосипеде без горизонтальной перекладины, довольно изысканном. Девушка выехала из одного проулка.
На ней было простое белое платье и туфли из чёрной кожи. Её белокурые волосы были подвязаны в пучок, а взгляд зелёных глаз устремлëн на дорогу. В кресле за хозяйкой, пристëгнутая ремнём, сидела золотистая ретриверша, удерживая равновесие, как бы ни трясся велосипед.
Заметив изящного джентльмена с бело-седыми бакенбардами, Одри лучезарно заулыбалась и бодро приветствовала:
– Доброе утро, мистер Дантес.
– Добрый день, мисс Одри. Вы, кажется, в замечательном настроении? – Клейн смотрел, как она нажала на тормоз и оттолкнулась ногой.
Одри поджала губы, а потом улыбка её стала ещё яснее и радостнее.
