Когда Клейн и Одри начали всерьёз разглядывать картины росписей и обмениваться мыслями через волнение в душах, лишь тогда Леонард постепенно угомонил собственные мысли и сосредоточился.
Роспись справа показывала ход истории. Была сцена, показывающая, как устроен человек, были виды покрытых снегом равнин, сцены войны и переселения, разные народы и города, а заодно и башни, и изобилие плодов, говорящее об отсутствии преград в сообщении между народами...
Очевидным образом эти росписи начинались у входа и завершались у престола Дракона Воображения.
Под конец Клейн вдруг приметил знакомую фигуру.
То был гигантский дракон с голубоватыми глазами и чешуёй из ледяных кристаллов.
То был Король Севера Улиссан!
– Да что же это... Развитие событий в мире книги основано на этих росписях? – раскрылись мысли Клейна, и он, быстро оглянувшись, обнаружил, как толпа искателей приключений с затуманенными лицами охотится на морозного дракона, а затем открывает дверь и уходит. Снег и лёд растаяли, после чего появились процветающие города, такие как Пессот. Затем обнаруживалось, как климат снова становится холоднее, что предполагало конец и после него в свою очередь скорое разворачивание новой истории.
– Содержание росписей станет реальным в этом книжном мире? – не могла не возникнуть мысль у Одри.
– Эта стена, эта роспись выглядят довольно обычно. Даже до работ уличных художников не дотягивает по качеству... Этого и следует ожидать от резиденции Дракона Воображения? Это мощь и власть древнего бога...? – У Леонарда тоже возникли ироничные мысли
– Возможно, – услышал Клейн свой голос, не успев дать более тактичный ответ. – Давайте взглянем на росписи на другой стороне, а затем всё сопоставим и будем анализировать.
Леонард и Одри не возражали и последовали за Клейном на другую сторону.
В это время они поняли, что даже Духовные Тела их не могут в этом дворце летать.
Росписи были гигантские, и потому долго идти не понадобилось, чтобы их разглядеть. От вида первой росписи у входа у Клейна вдруг расширились зрачки.
На ней гигант, чей облик был несколько замутнëн, с серо-голубой кожей и одним вертикальным глазом держал в руке книгу в твёрдом переплёте!
– Да что это... – услышал Клейн собственный потрясëнный, колеблющийся голос.
На последующих картинах росписей постоянно в центре внимания была переплетëнная козьей кожей книга. Вот эта книга в тëмно-коричневой обложке – её приобрели эльфы; изменились слова заглавия на козьей коже; книга попала в коллекцию. Её приобретали разные люди, и она переходила из рук в руки, пока не взлетела над облаками и не поднялась в космическое пространство, где опустилась на гигантский коготь.
На следующей росписи приключения книги, казалось, никак не были связаны с предыдущими сценами. Она внезапно возникла над гладью морских вод и осталась в затуманенном корабле.
На предпоследней картине книгу забирал мужчина в цилиндре, затем покинувший корабль.
Следующая роспись находилась за гигантской колонной, в которой подозревался престол Дракона Воображения Анкевельта. На этой росписи изображалось, как книга повстречалась с классическим птичьим пером.
На этом настенные росписи заканчивались.
– 0-08! – прокатился эхом по залу потрясëнный голос Леонарда.
– Дракон Воображения хочет создать набор из книги и пера? Что же от этого произойдёт? Когда я имел дело с Инсом Зангвиллом, едва не явилась эта сцена... Но в итоге этого не случилось, так как книга опустилась мне в руки... а потом я её пожертвовал мистеру Шуту. Или же Адам был уже к этому подготовлен и нарочно оказал некоторую помощь?
Ах да, в прошлый раз, когда был в Гримуаре Грозеля – в тот миг, что аскет упомянул Адама, на лагерь напал морозный дракон... Это потому что книга сама по себе не давала ему договорить фразу, или же Адам услышал его мысли, и те стали связующей нитью, по которой “Он” увидел и устремил взгляд, пробудив определённую реакцию? – разбредались, а затем озвучивались мысли Клейна.
При этом ему оставалось лишь контролировать себя, чтобы представлять Шута как другую, отдельную сущность.
Одновременно с тем, как он “говорил”, явились мысли Одри:
– Содержание этих росписей станет реальным в физическом мире?
—
[1] Леонард перефразирует строки из “Годивы” Альфреда Теннисона – Прим. перев.
Глава 1072 - Зов из-за двери
– Содержание этих росписей станет реальным в физическом мире...
И Клейн, и Леонард не могли не повторить про себя слова мисс Справедливость.
Если росписи на другой стороне определяли историю мира книги, то это можно было счесть довольно удивительным. А вот открытие, ожидавшее на другой стороне, оказалось способным поразить всех до глубины души и в телах тоже произвести колоссальные потрясения.
Нарисованным вами картинам определённо суждено было разыграться на сцене реального мира, а не призрачного. То было действие божества!
– Это ведь не преувеличение... – Леонард, повторяя эту фразу, шептал тише, с трудом принимая смысл.
Клейн же по привычке начал анализировать.
