Он тут же повесил его на колыбель. Покачивая колыбельку, Аарон спросил:
- Уилл, тебе нравится?
Завернутый в шёлк ребёнок приподнял руку и отпихнул амулет.
Отпихнул амулет…
Повисла неловкая пауза. Клейн усмехнулся:
- Таковы дети.
Горничная принесла поднос с чаем, позволив хозяевам и гостю сменить тему и избавив их от неловкости.
Попивая чая и пробуя выпечку, Клейн принялся рассказывать разные истории о традициях Восточного и Западного Балама. Супруги и их дети очень этим заинтересовались, время от времени задавая вопросы.
Клейн неожиданно развернулся к колыбели и улыбнулся:
- Тебе не понравилось?
Супруги ничего не заметили, продолжая сохранять на лице внимательное выражение. В этой иллюзии, созданной Клейном, он ещё не завершил своё повествование!
Уилл Осептин скривился и сказал детским голосом:
- В чём смысл таких сувениров? Ты мог бы просто дать мне Гвадар. По меньшей мере, его можно выпить!
Клейн улыбнулся, качнув головой:
- Есть новости. Кое-кто ранил Уробороса и, скорее всего, на некоторое время, он не будет тобой заниматься.
Он не посмел упоминать ни имени, ни титула Адама. Даже не думал об этом, опасаясь, что на него обратит своё внимание лидер Ордена Сумеречных Отшельников, тем самым выдав местоположение Змея Судьбы Уилла Осептина.
Что до иносказаний, например, брат Амона, Клейн временно отказался от их использования. У него не было ни малейшего представления, в Бэклэнде ли Амон и случится ли так, что частые упоминания его имени станут причиной пересечения их судеб.
Но Клейн верил, что Уилл Осептин догадается, кто ранил Ангела Судьбы. Потому что единственные, кто проявлял активность в реальности и был равным или сильнее Уробороса – это Амон и Адам.
Клейн использовал слово кое-кто, чтобы исключить возможность атаки группой ангелов или применения Запечатанного Артефакта нулевого уровня.
Уилл Осептин помолчал немного и продолжал:
- Я же говорил тебе, что флуктуации твоей судьбы это хорошо в длительной перспективе.
Обменявшись информацией, Клейн уже хотел развеять иллюзию, когда неожиданно услышал шпильку Осептина:
- Ой, как мне хочется Гвадара, особенно со льдом.
- Подобные напитки вредны детям! – с серьёзным видом Клейн развеял иллюзию и взял вазочку с мороженым от горничной.
Затем под наблюдением Аарона и Вилмы, набрал полную ложку и улыбнулся младенцу:
- Хочешь?
Вилма тут же усмехнулась:
- Нашему Уиллу это не нравится.
Стоило ей это сказать, Клейн положил мороженое себе в рот.
- Уаааа! – младенец немедленно заревел.
Глава 980 - Выбор жертвы паразитирования
Аарон Церес и Вилма Глэдис стали укачивать, убаюкивать младенца, и вот, наконец, успокоили.
– Уф... – Худой, рослый Аарон облегчённо вздохнул и встал. Приподняв повыше на носу очки в золотой оправе, кивнул с извиняющимся видом гостю. Несколько секунд подбирал слова, потом проговорил:
– Прошу прощения за это. Дети, они часто такое вытворяют.
– И не говорите, – улыбнулся Клейн в ответ, показывая, что это его ничуть не возмутило.
А затем перевёл разговор на другое, продолжал рассказывать о пережитом в Восточном и Западном Баламе.
В это время Клейн применил ещё раз свои силы Потустороннего, наведя на всех присутствующих в комнате иллюзию. И тогда взял недоеденное мороженое, поменял ложечку и с улыбкой встал. Подойдя к кроватке, спросил нежно:
– Уилл, хочешь попробовать?
Не дожидаясь, когда ответит этот пухлощëкий малый, закутанный в серебристые шелка, Клейн сказал тихим, нежным голосом:
– Вот, теперь вы родились и должны уже уметь складывать бумажного журавлика. Так мне не нужно будет вас часто навещать. Вы наверняка представляете, насколько это подозрительно.
Уилл Осептин Церес сверкнул на него глазами, ничего не ответив.
Клейн был непоколебим, достал листок высококачественной бумаги и положил в кроватку.
Затем наклонился, зачерпнул мороженого.
– За то, что даётся судьбой, всегда взыщется плата, не так ли? – усмехнулся Клейн, покачивая ложечкой в руке.
Уилл в кроватке поднял правую ручку, вытер ещё не успевшие высохнуть слëзы и пробормотал:
– У Потусторонних пути Судьбы принято, что условленную цену нужно платить вперёд, не дожидаясь выдачи.
Сказав это, пухлощëкий младенец схватил лист бумаги и с большим трудом сложил журавлика.
Клейн стоял перед кроваткой и старался удержать ложку, с улыбкой наблюдая эту сцену.
...
С улицы Пинстер, направляясь к Собору Святого Самуила, выехала карета.
Проезжая мимо дома 160 по улице Бьëклунд, Леонард Митчелл выглянул в окно и словно пробормотал про себя:
– И Дуэйн Дантес тоже вернулся.
В голове Леонарда зазвучал пожилой голос:
– Судьба в конечном итоге вплетëт свою нить.
– Старик, вы после своего пробуждения становитесь похожи на шарлатана, – не мог не посмеяться над ним Леонард.
Паллез Зороаст хмыкнул, но ничего не ответил.
Приехав в Собор Святого Самуила, Леонард, ведомый священником, вошёл в кабинет архиепископа Бэклэнда святого Антония.
