Они насыщались долго, заражая друг друга отменным аппетитом и по очереди запивая еду напитком из фляги. Там оказалась не вода, как они поначалу подумали, а молодое красное вино, ароматное и довольно крепкое к тому же. Впрочем, Геру больше заинтересовало не вино, а сама фляга, и она долго и внимательно рассматривала и ощупывала эту флягу.
– Может, серебро? – спросила она Гэла. – Или его сплав? Как думаешь?
– Не думаю, – сказал Гэл, по её примеру ощупывая пальцами флягу. – Это какой-то совершенно другой металл. И он намного легче серебра. Да и попрочнее его будет…
Он сделал ещё один, довольно внушительный глоток и принялся завинчивать флягу.
– Эй, подожди! – ухватившись за флягу, Гера потащила её к себе. – Я ещё хочу!
Язык у неё уже немного заплетался, глаза подозрительно блестели.
– Хватит! – Гэл отставил флягу и шутливо погрозил девушке пальцем. – Напьёшься, что мне потом с тобой пьяной делать?!
– Не знаешь, что с пьяной делают? – Гера дурашливо хихикнула. – То же, что и с трезвой!
Впрочем, она тут же стала серьёзной.
– Скажи… – спросила Гера, задумчиво дотронувшись до руки Гэла, – ты знаешь, зачем он всё это затеял?
– Кто? – Гэл недоуменно посмотрел на девушку, тут же понял, что она имела в виду Стива. – Ты о… ты имеешь в виду Стива?
Не отвечая, Гера лишь молча кивнула, а Гэл, украдкой взглянув на девушку, заметил вдруг, каким бледным сделалось её лицо, как блеснули слёзы в уголках глаз.
– Он что, не понимает, что этого нельзя делать?! – с тоской и каким-то даже отчаяньем выкрикнула Гера и добавила, уже тише: – Он так изменился за эти несколько месяцев! Почему он так изменился?
– Ну… – Гэл пожал плечами. – После того, что твои односельчане сделали с семьёй его дяди, трудно было ожидать с его стороны особых любезностей…
– Я не о том! – вновь выкрикнула Гера, вскакивая с места. – Ты что, не понимаешь, о чём я?!
Гэл всё понимал, но говорить на эту тему ему почему-то не хотелось.
– Ты что, не желаешь со мной разговаривать?!
– Желаю, – сказал Гэл. – И очень желаю! Только о чём-нибудь другом…
– А почему не об этом?
Гэл ничего не ответил.
– Ладно! – произнесла Гера, слегка отодвигаясь. – Скажи тогда, с какой целью он решил объединить все наши племена в единое целое? Или об этом ты тоже не желаешь говорить?
– Не желаю, – Гэл нахмурился и, схватив флягу, жадно к ней припал. – Впрочем, скажу, если хочешь! Он, по моему разумению, делает это для того лишь, чтобы больше не было вражды между людьми, не было набегов, крови, слёз безутешных вдов… Что в этом плохого?
– Всё! – мрачно изрекла Гера. – А вот что в этом хорошего, скажи мне?!
– Ну, я же только что объяснил! – сказал Гэл, отставляя флягу. – Без взаимной вражды люди станут намного сильнее…
– Они слабее станут! – В голосе девушки звучало теперь самое искреннее презрение. – Ты же сам воин… храбрый, искусный, как я в этом успела убедиться! И как же ты можешь говорить такое?!
– Не перехвали! – улыбнувшись, сказал Гэл. – Видишь, я уже покраснел!
Но Гера не приняла шутки.
– Ведь это всё – наша жизнь! – проговорила она с горячностью. – Набеги… отражения набегов… поединки! Именно так наши мужчины становятся воинами! А представь, что ничего этого уже не будет! В кого тогда превратятся мужчины, чем будут они отличаться от женщин?! Да ничем!
– Ну, кое-какие отличия и тогда сохраняться, – вновь улыбнувшись, заметил Гэл. – Или ты считаешь, что и они тоже исчезнут вместе с битвами?
Ничего на это не ответив, и бросив на однорукого воина мрачный взгляд, Гэла вскочила с места и, обойдя костёр, уселась напротив Гэла.
– Очень смешно! – сказала она, глядя в костёр. – Почему ты не всегда такой остроумный?
– Послушай, малышка… – начал, было, Гэл и тут же осекся. – Или мне больше не разрешается тебя так называть?
– Разрешается! – буркнула Гера, продолжая смотреть в костёр. – Называй! – она, наконец-таки, подняла голову. – А знаешь, что я думаю? Он всё это затеял не ради людей… он для себя всё это делает! Он хочет подчинить себе всех и всеми нами править! Что, скажешь, я не права?
Гэл ничего не ответил. Он вдруг припомнил свой последний разговор со Стивом, вернее, самое окончание достопамятного сего разговора…
Стив несколько раз навещал его в том маленьком селении, где оставил когда-то полумёртвого на попечение местного жреца. Ранения однорукого воина были настолько серьёзны, что он провалялся в беспамятстве не менее месяца, потом ещё несколько месяцев постепенно приходил в себя.
А Стив всё это время проводил в победоносных сражениях, постепенно увеличивая свой небольшой отряд, и слава о нём гремела уже по всей долине.
И отголоски недоброй этой славы постепенно докатывались до небольшого затерянного селения, где Гэл вынужден был коротать свои дни в сплошной праздности и ничегонеделании, да ещё под неусыпным надзором заботливого жреца. Именно жрец рассказывал по вечерам Гэлу о новых подвигах его друга, о новых его сражениях и неизменных победах в них…
