Война с вампирами, между тем, продолжалась, но теперь эльфы всё чаще одерживали победы в сражениях, постепенно отвоёвывая ранее потерянные территории. Нур оказался превосходным, непревзойдённым даже бойцом, что и не удивительно, при его божественном происхождении. Он научил эльфов разнообразным приёмам фехтования на мечах (а раньше эльфы могли наносить ими лишь самые незатейливые рубящие удары), а главное, сделал их, ранее, вообще не подозревавших о самом существовании луков, меткими стрелками из этого грозного оружия.
Сам Нур стрелял из лука без промаха и с необычайным, притом, проворством. Он сам, собственными божественными руками, смастерил первый лук и стрелы к нему (под свои, разумеется, размеры), а после продемонстрировал все преимущества владения луком в очередной схватке с вампирами.
Тридцать стрел имелось у Нура в этом первом сражении, и все тридцать он выпустил, одну за другой, в мгновение ока. И все тридцать нашли своих жертв… а оставшиеся в живых вампиры в панике бежали прочь, так что победа эльфов никогда ещё не была столь полной и безоговорочной.
А потом были новые блистательные победы… и вновь и вновь подземные вампиры, под руководством рослых своих соплеменников, яростно бросались в атаки. И почти сразу же откатывались назад, поражаемые (и в атаке, и во время панического своего бегства) меткими стрелами эльфов.
В течение какого-то полугода эльфы отвоевали всё то, что было потеряно ими за предыдущие десятилетия, и это явилось ещё одним убедительным доказательством божественного происхождения Нура. А были и другие доказательства, не менее убедительные.
Нур, к примеру, мог подчинить своей воле любого, лишь молча взглянув на него. Причём, не только эльфа, но и вампира. Однажды, перед боем, когда вампиры ещё не бросились в очередную безрассудную атаку, а лучники эльфов в терпеливом ожидании застыли с луками наперевес, вперёд вышли два рослых вампира и на ломаном языке эльфов потребовали решить всё дело поединком. При этом они вызывающе помахивали тяжёлыми молотами на длинных рукоятках и на том же ломаном языке выкрикивали в адрес эльфов всяческие оскорбления, обвиняя их в трусости…
Нур не был трусом и частенько сам перед общим боем вызывал кого-либо из соперников на поединок, но это всегда были честные поединки, один на один. И живой Бог неизменно одерживал в них победы, благодаря виртуозному владению мечом. Для него, кстати, кузнецы эльфов выковали специальный меч, необычный по форме и настолько тяжёлый, что ни один из эльфов не мог им даже взмахнуть.
Но в тот раз перед строем готовых к сражению вампиров оказалась сразу два бойца, а выйти против них, кроме самого Нура, было, естественно, некому. Конечно же, живой Бог мог подать знак и оба хулителя тотчас бы пали замертво, пронзённые острыми стрелами, но он поступил иначе и неожиданно для самих эльфов.
Не втаскивая даже меча из ножен, Нур некоторое время лишь молча смотрел, сначала на одного своего противников, а потом и на его соседа… и те тоже молча на него уставились. А потом, одновременно взмахнув увесистыми своими молотами, с силой опустили их на головы друг друга…
Были ещё и другие доказательства божественности Нура, но, странное дело, сам живой Бог (особенно в первые годы правления) всячески отрицал небесное своё происхождение. И клятвенно убеждал (вернее, тщетно пытался убедить) эльфов, что не имеет к Вечному Небу ни малейшего даже отношения.
Но слова – одно, а деяние – совершенно иное… а все действия Нура лишь убеждали эльфов, что Вечное и Сияющее Небо, сжалившись, наконец, над отчаявшимися своими подданными, послало им избавление от бед в виде своего сына, могущественного Бога во плоти. А потом и сам Нур перестал уверять эльфов в обратном, он просто решительно пресекал все разговоры на данную тему…
Под мудрым руководством живого Бога эльфы благоденствовали, как никогда прежде. Но выбираться наружу для воровства перестали, ибо Нур сего, не только не одобрял, но и всячески пресекал. И воровство (которое практиковалось у эльфов на протяжении, не столетий даже, тысячелетий) прекратилось немедленно, настолько велик был авторитет божественного правителя.
А потом живой Бог взял себе в жёну простую девушку, в которую влюбился без памяти.
Вообще-то, с самых первых лет своего правления Нур не был обделён женским вниманием. Жрецы всех ячеек (а тем более, гроздьев), стараясь угодить посланнику Высокого Неба, отбирали для него самых высокорослых девушек. Ну и, разумеется, самых красивых, хоть некрасивых девушек среди эльфов попросту не имелось.
Но девушку, которая впоследствии стала его женой, Нур выбрал сам. Он заприметил её во время очередной битвы с вампирами и даже спас ей жизнь, вовремя придя на помощь.
Вообще-то, после стольких блистательных побед, одержанных над извечным врагом, участие женщин в битвах стало необязательным, и лишь самые отчаянные (или самые безрассудные) из них (в основном, молодые незамужние девушки) по-прежнему рвались в бой. И даже гибли порой, что, впрочем, ничуть не останавливало остальных…
