В той битве одну из таких девушек (самую из всех высокую, а значит, и самую полнокровную) вампиры решили взять живой (для чего, понятно!). И с этой целью, оттеснив её чуть в сторону от основной массы сражающихся, навалились на потенциальную свою жертву всем скопом. Но, к великому их изумлению, лёгкой победы не получилось: девушка оказалась довольно искусным бойцов. Прижавшись к стене и, тем самым, обезопасив себя от нападения с тыла, она, действуя одновременно мечом и длинным кинжалом, уже через несколько мгновений «соорудила» вокруг себя непроходимый барьер из мёртвых тел. И всё продолжала и продолжала его увеличивать с каждым новым мгновением…
Но, увы, это ничего не меняло!..
Судьба девушки была предрешена, тем более, что на этот раз вампиры (которые превосходили численно своих противников раз в пять) смогли значительно потеснить эльфов. И даже великий Нур, живой Бог во плоти, несмотря на всю свою славу грозного и непобедимого воина, вынужден был отступить перед несколькими рослыми вампирами с их смертоносными молотами.
Но тут взор Бога упал на девушку, отчаянно отбивавшуюся от многочисленных врагов совсем неподалёку от него и уже получившую несколько серьёзных ранений. И этот мимолётный взор решил судьбу девушки.
И судьбу самого Нура тоже.
А также конечную судьбу достопамятного сего сражения.
Яростно взревев, живой Бог ринулся вперёд. Прокладывая дорогу к девушке, он дрался как одержимый и один за другим, падали замертво вампиры под его смертоносными ударами. А вслед за Богом в атаку перешли уже все воины, и вампиры, несмотря на численное своё превосходство, были наголову разбиты и позорно бежали, преследуемые ликующими эльфами.
Но сам Нур ничего этого уже не видел. Подхватив на руки истекающую кровью девушку, он почти бегом понёс её в обратном направлении, в свой царственный грот.
Несмотря на то, что собственные раны живой Бог излечивал необычайно быстро и абсолютно бесследно, ускорять заживление чужих ранений он никогда прежде даже и не пытался. А теперь, оттеснив в сторону всех жрецов-целителей и самолично уложив девушку на кровать, Нур принялся медленно водить руками над её обнажённым телом… и все присутствующие в очередной раз убедились в божественной сущности своего повелителя. Уже через несколько мгновений кровь перестала сочиться из многочисленных ран и порезов, а вскорости и сами порезы принялись быстренько затягиваться…
А ещё потом девушка открыла глаза и, обнаружив подле себя живого Бога, проворно соскочила с постели. Она хотела просто поклониться правителю (в полном соответствии с принятым ритуалом), но со смятением обнаружила, что совершенно раздета, а вокруг столпилось множество жрецов, с любопытством её рассматривающих…
Вообще-то, эльфы, даже живя на поверхности, никогда не обременяли себя излишком одежды. Здесь же, под землёй, где не существовало никаких перепадов температур, и она (температура, то есть) всегда была умеренно тёплой и вполне комфортной, подавляющее большинство эльфов обходилось одними лишь набедренными повязками. Ну и ещё плащами, белыми у жрецов и синими или зелёными у простых эльфов.
Но оказаться совершенно без ничего, да ещё в присутствии посланника Высокого неба… это был уже явный перебор!
Испуганно ойкнув, девушка вновь бросилась к постели и, забравшись в неё, с ног до головы закуталась в одеяло. А живой Бог, вместо того, чтобы рассердиться на девушку за столь бесцеремонное обращение с его ложем, лишь весело рассмеялся (а смеялся Нур, надо сказать, крайне редко) и, указав всем жрецам на дверь, остался с девушкой наедине. И никто не знает, что у них было потом…
Зато уже на следующий день Нур объявил Зазу (так звали девушку) своей невестой. В тот же день живой Бог во плоти полностью распустил свой немалый гарем, щедро одарив при этом всех находившихся в нём девушек. Свадьбу (и весьма пышную) сыграли уже через неделю, а всего через год на свет появилась прелестная (хоть и чрезвычайно крупная для эльфов) дочурка, которую нарекли Гитой…
Рождение Гиты, к сожалению, было омрачено трагической гибелью её молодой матери, которая умерла именно во время родов. И смерть любимой женщины настолько потрясла Нура, что он так и женился более, несмотря на постоянные и весьма настойчивые просьбы и уговоры жрецов. Он даже гарем не стал восстанавливать, а всю нерастраченную любовь и нежность перенёс на маленькую дочурку…
Поведав всё это своим, то ли пленникам, то ли всё же почётным гостям, Ир замолчал. Пул, первый военный советник Божественной повелительницы Гиты, тоже стоял молча. Продолжала хранить молчание и Гера (или Эни, выдающая себя за Геру?)… и общее их молчание продолжалось довольно таки продолжительное время.
– Как погиб Нур? – спросил Гэл, когда понял, что никто из трёх его собеседников продолжать разговор явно не собирается. – В бою?
– Не погиб! – довольно резко отозвался жрец. – Бог во плоти просто вернулся в свои небесные чертоги! И любое сомнение в этом…
