Низко опустив голову, Гера пошла к выходу. Уже выходя, остановилась и, оглянувшись, быстро проговорила тихим и виноватым каким-то голосом:
– Скажи, только честно, я плохая, да?
Гэл ничего не ответил, да и что было отвечать. Он лишь вздохнул.
– Я плохая и неблагодарная, я знаю… – вновь подойдя к Гэлу, проговорила (вернее, прошептала) Гера. – Ты столько для меня сделал, а я…
И, не договорив, всхлипнула и выбежала из комнаты.
Гэл рванулся, было, следом, но тут же остановился. А в комнату вновь вошла девушка-служанка.
– Госпожа плакать очень, когда отсюда уходить, – как ни в чём не бывало, сообщила она. – Ты её сильно обидеть?
– Наверное, – сказал Гэл мрачно. – Вот только не знаю: чем именно?
– Тогда ты идти её ублажать должен!
– Что?
Некоторое время Гэл недоумевающее смотрел на служанку.
– Куда мне идти?
– Ей плохо быть! – пояснила служанка. – Ты ублажать идти – ей сразу лучше стать!
– Ах, вот оно что! – Гэл невесело рассмеялся. – А ублажать: это как?
– Ублажать, это…
И, не договорив, девушка вновь принялась торопливо развязывать свой передничек.
– Я сейчас показать!
– Не надо! – жестом остановил её Гэл. – Я и так понял!
– Тогда твой кушать идти, – как ни в чём не бывало, проговорила служанка. – Кушать давно на столе стоять.
– Кушать – это хорошо!
Стол в столовой буквально ломился от обилия яств, самых разнообразных, но, увы, совершенно незнакомых Гэлу. Впрочем, запахи от них исходили вкусные, особенно для порядком изголодавшегося и неприхотливого в своих потребностях воина.
Стулом Гэл пользоваться не стал, ввиду его весьма хрупкой конструкции, а уселся просто на пол, подобрав под себя ноги. И ничего, вышло вполне прилично.
– Ну… – проговорил он, потирая руки. – С чего начнём?
– Начать лучше с сехея, – указала служанка на центральное блюдо: большую миску, доверху наполненную чем-то, отдалённо напоминающим жареные куски колбасы. – Очень питательно!
– Охотно верю!
Выбрав из нескольких вилок, лежащих на столе, самую большую, Гэл принялся с аппетитом поглощать куски этого самого сехея. По вкусу они тоже немного напоминали мясные колбаски… впрочем, со своим специфическим привкусом и ароматом…
– Пробовать их лучше с пулаб разом, – подсказала служанка, подсовывая к Гэлу другое блюдо: на вид желтоватая каша из каких-то мельчайших зёрен. – Вместе вкуснее будет!
Проговорив это, служанка, ловко действуя вилкой и ложкой, переложила половину сехея прямо в блюдо с пулабом.
– Вот так лучше кушать, разом…
– А ты сама? – прекратив жевать, Гэл посмотрел на служанку. – Ты почему не ешь?
– Благодарствую, господин! – быстренько проговорила девушка, бросая ложку и даже отходя чуть в сторону от стола. – Я потом есть, после господин…
– Ну, уж нет! – протянув руку, Гэл ухватил служанку за руку и почти силой усадил её напротив себя. – Разом, так разом! Давай, налегай на этот самый… как его…
– Сехей, господин! – быстренько проговорила служанка. – И пулаб…
– Вот на них и налегай!
– Что значит, налегай? – недоуменно и даже немного растерянно переспросила служанка. – Мне лечь на еда?
– Тебе взять вилку! – весело рассмеялся Гэл. – И кушать вместе со мной! Понятно теперь?
– Теперь понятно!
Служанка весело рассмеялась и взяла вилку.
Некоторое время они ели молча, потом Гэл, сыто рыгнув, отодвинул от себя оба блюда.
– А это что? – указал он на большой глиняный кувшин с каким-то питьём. – Что за напиток?
– Васиби! Его пить надо!
– Да неужели? А я думал – вилкой!
Сначала с опаской, а затем и с явным удовольствием Гэл глотнул из кувшина пенящийся кисло-сладкий напиток.
– Вкусно! – сказал он, пододвигая кувшин к служанке. – Слушай, а у тебя имя есть?
– Имя? – служанка удивлённо вскинула бровки, тонкие, словно нарисованные. – Имя есть. Земи я.
– Слушай, Земия… – Гэл вновь пододвинул к себе блюдо с пулабом. – Из чего это блюдо? Из зерна?
– У нас нет зерно, – быстро проговорила девушка. – Это гриб есть измельчённый. А я – не Земия. Я – Земи.
– А скажи, Земи, это что, тоже грибное кушанье? – указал Гэл на остатки колбасок.
– Это не есть грибной кушанье – явно удивляясь полнейшей безграмотности своего сотрапезника, весело рассмеялась Земи. – Это сехей есть!
– Что сехей, это я уже понял! Я спрашиваю: из чего он сделан, сехей этот? Из грибов?
– Да нет же! – став неожиданно серьёзной, принялась объяснять Земи. – Сехей, это… это черви такой длинный..
– Черви?!
Вообще-то Гэл особой брезгливостью не отличался, но тут ему как-то резко и разом поплохело.
– У нас из всех жилищ отходы стекать в специальный ёмкость, – продолжала между тем Земи. – Там мы и разводить сехей… он эти отход кушать, расти быстро…
– Отходы из кухни? – с последней надеждой спросил Гэл, отчаянно борясь с подступающей к горлу тошнотой.
– Не только из кухня, – пояснила Земи. – Из туалет тоже. Сейхей очень отход из туалет любить… жиреть на них очень…
– Молчи! Молчи! Ни слова больше!
Зажав рот обеими руками, Гэл метнулся к выходу. И успел-таки добежать до входного (или выходного?) отверстия, прежде, чем его вывернуло наизнанку.
