Увы, добычи, взятой в жилищах жрецов и предводителей, было явно недостаточно, чтобы удовлетворить потребность в добыче всех без исключения воинов, да и впитанное с самого раннего детства почтение к жреческой касте не могло исчезнуть у них вот так сразу. Раньше от набегов страдали все, кроме жрецов… сейчас же Глеен завёл какие-то новые, невиданные порядки! Так чем же он лучше этого отступника Стива?
Таковыми были разговоры между воинами, и Глену об этих разговорах, конечно же, было хорошо известно. Но пойти на поводу у своих подчинённых и разрешить им безнаказанно грабить и убивать он, увы, не мог.
Ведь главной задачей его было не озлобить жителей селений, а наоборот, привлечь их на свою сторону. Сделать так, чтобы они возненавидели Стива и открыто против него восстали.
Но, увы, пока что жители близлежащих селений куда больше ненавидели именно воинов самого Глена. И с удовольствием бы их всех прикончили или захватили в плен для последующего сожжения, если бы…
Если бы не боялись…
Постоянно ощущая эту их бессильную и постоянную ненависть, Глен и сам поневоле ожесточался. Так, в одном из селений он приказал конфисковать у жителей все арбалеты и стрелы к ним, а также разрешил своим воинам вдоволь запастись продовольствием во всех без исключения жилищах, невзирая на яростную брань мужчин и слёзные просьбы местных женщин. Во втором селении, когда после его долгой и пламенной речи никто из местных так и не пожелал добровольно пополнить отряд, Глен (точнее, Глеен) приказал насильно мобилизовать двадцать парней и молодых мужчин. Парней и мужчин мобилизовали (под слёзы и горькие причитания женщин селения), но во время первой же ночёвки все они дружно сбежали, сманив с собой ещё пятерых своих соплеменников…
– Смотрите! – воскликнул вдруг Тибр, отрывая Глена от горьких его размышлений. – Что это там?
Подойдя к почти отвесной скале, он нагнулся и поднял что-то, похожее на тёмную продолговатую трубку. Да это и была трубка, а когда Глен, которому Тибр немедленно передал трубку, повертел её в руках, он увидел, что с обеих сторон в металлическую эту трубку вставлены какие-то выпуклые стёклышки.
– Что это? – недоуменно проговорил он.
– Отдай!
Подскочив к Глену, Гера чуть ли не силой вырвала загадочную трубку из его рук.
– Это моё! – выкрикнула она запальчиво. – Моё… моя игрушка!
– Игрушка? – удивлённо переспросил Тибр. – А как именно с ней играют?
Но Гера, кажется, даже не расслышала обращённого к ней вопроса. Глазами, полными слёз, она смотрела на трубку… и Глен понял вдруг, что трубка эта вновь напомнила девушке о недавнем прошлом…
– Ну, ладно, твоя, так твоя! – примирительно пробормотал он. – Уж мне-то она и совсем даже не нужна! И Тибру тоже…
– Точно! – сказал Тибр. – Хоть мы и юнцы желторотые, но с игрушками давно завязали. И может, пойдём уже отсюда?
– Да, пора идти, – согласился с ним Глен и, мягко тронув Геру за рукав, добавил: – Ты как?
– Я тут побуду немного одна, – всё тем же почти безжизненным голосом проговорила вдруг Гера. – А вы идите, ладно?
И она, вздохнув, вдруг протянула Глену найденную трубку.
– Бери, если хочешь!
– Зачем она мне? – даже рассмеялся Глен. – И что прикажешь с ней делать?
– Играть! – думая о чём-то своём, сказала Гера. – Да уходите же вы поскорее! Мне одной побыть надо, понятно вам это?!
– Ладно, – сказал Глен. – Только недолго чтобы…
– Недолго, – сказала Гера, подходя к какой-то выемке в пологой каменной стене и опускаясь на кучу давно высохших веток. – Совсем даже чуть-чуть…
– Вот и договорились!
Глен вышел первым, за ним почти сразу же Люр. Тибр же почему-то задерживался внутри…
– Тибр! – почти раздражённо выкрикнул Глен. – Ты идёшь или как?
– Да иду я, иду!
Вынырнув из расщелины, Тибр недовольно взглянул на приятеля.
– Ну, чего разорался?! – буркнул он негромко. – Я просто хотел…
– А она просто хотела побыть тут одной! – в тон ему ответствовал Глен. – И очень просила нас предоставить её такую возможность…
– Да слышал я, слышал!
Тибр всё ещё, кажется, не терял надежды добиться благорасположения Геры. И, вместе с тем, никогда не отказывался сопровождать Глена в его тайных походах в трактир для очередного свидания с Крис. То есть, это Глена ожидали там неистовые (и такие всегда непредсказуемые) ласки Крис, Тибр же в это время не менее мило развлекался с её очаровательной мачехой…
И, разумеется, возвращаясь оттуда, каждый из них держал язык за зубами. Даже Люр, не говоря уже о Гере, знал лишь то, что ходили они в трактир всего только для очередного сбыта захваченной в селениях добычи. Ну, и для получения ценных сведений от своих тайных агентов, как же без этого…
Впрочем, всё это тоже имело место. И добычу они там успешно сбывали, и сведения получали самые разнообразные…
И почти всегда удручающе безрадостные, такие, что сообщать их воинам отряда было бы большой ошибкой.
Ежели не сказать большего…
Особенно то, что узнали они позавчера, во время последнего такого посещения.
