– Приведите пленного! – не оборачиваясь, приказал Глен. – Ноги ему развяжите, а руки пока пускай связанными останутся! Повязку с глаз тоже не снимайте!
Глен даже не сомневался, что приказ его будет выполнен, и притом, выполнен точно и незамедлительно. И он действительно был выполнен в очень даже ускоренном темпе, ибо, не успел ещё Глен досчитать мысленно до двадцати, как пленный лучник уже стоял рядом с ним.
Вернее, чуть впереди его…
– А теперь все уходите вниз! – отдал Глен следующий приказ. Потом подумал и добавил: – Все, кроме Тибра!
– Спасибо, Глен! – негромко проговорил Тибр. – А можно, я тоже поднимусь?
– Нет! – Глен отрицательно мотнул головой. – Пока ещё нет! Лежи… и в случае чего: сбей его с ног и прирежь, понял?!
– Понял! – весело оскалился Тибр, вытаскивая из ножен меч.
– А теперь слушай меня дальше! – повысив голос, вновь обратился Глен к невидимому своему собеседнику. – Я даю твёрдое слово предводителя, что…
Тут он осекся и замолчал, ибо в это самое время пленный лучник как-то странно содрогнулся всем телом и рухнул на землю прямо у ног Глена.
– Ложись! – заорал Тибр, одним мощным рывком сбивая Глена с ног. – Кто это его?!
И только тут Глен смог разглядеть толстую арбалетную стрелу, торчащую из груди пленного.
– Во всяком случае, точно не наши! – уже куда спокойнее проговорил Тибр, подтаскивая второго мертвеца к первому, и устраивая из них обоих, что-то, наподобие баррикады. – Во-первых, никто бы из них не осмелился нарушить твой приказ, а во-вторых, стрела прямо с противоположной стороны прилетела!
– Эй! Вы можно встать теперь! Опасность нет уже!
Хриплый гортанный голос прозвучал именно с той стороны, откуда только что прилетела арбалетная стрела, и откуда чуть ранее хорошо замаскированный лучник вёл беседу с Гленом на языке стрел.
– Опасность нет больше! – вновь прозвучал всё тот же гортанный голос. – Ваш враг мёртвый есть, а мой теперь говорить с вами желать!
– Гном! – первым сообразил Тибр и, чуть приподнявшись, выглянул из укрытия. – Точно, гном! Платком белым машет!
Глен приподнял голову и тоже смог разглядеть у дальнего кустарника приземистую фигуру гнома. Почему-то, вместо своих ярких и издалека заметных нарядов, он был облачён в какую-то пятнистую коричнево-зелёную одежду, великолепно сливающуюся с окружающим ландшафтом.
– Опасность нет! – в третий раз выкрикнул гном и действительно махнул над головой какой-то белой тряпицей. – Мой можно подойти к вам?
– Валяй, подходи! – крикнул в ответ Тибр, вскакивая на ноги. Потом он несколько смущенно взглянул на Глена, тоже поднимающегося с земли и добавил вполголоса: – Ты не против, предводитель?
– Да ладно тебе! – буркнул Глен, внимательно всматриваясь в медленно приближающегося гнома.
Гном выглядел так, как и полагается выглядеть гному: кряжистый, широкоплечий с рыжей взлохмаченной шевелюрой и такого же цвета бородой. Именно такие гномы-торговцы изредка заезжали в родное селение Глена… впрочем, тем гномам одеждой служили ярко расцвеченные кафтаны, брюки и сапоги с загнутыми носами, а также высокие шляпы с обязательными серебряными колокольчиками сверху.
У этого же гнома и на голове была какая-то облегающая повязка всё той же коричнево-зеленоватой расцветки. А ещё он держал в широченной своей лапище боевой топор, излюбленное оружие горных гномов. Какого-либо другого оружия, ежели не считать, длинного ножа, висящего на поясе, у гнома не было.
Подойдя почти вплотную к молодым воинам, гном остановился, окинул внимательным взглядом дремучих, глубоко посаженных глаз сначала Глена, а потом и Тибра. После этого он перевёл взгляд на неподвижное тело лучника со стрелой, торчащей из груди.
– Его добивать надо быстро! – проговорил он негромким и бесстрастным каким-то голосом. – Иначе вновь ожить может… бед натворить многие…
– Ожить?! – недоверчиво и даже скептически переспросил Глен. – Со стрелой в груди?
Тут он своевременно вспомнил о лучнике, насквозь пронзённом мечом Блэра. Лучник тот не просто смог выжить, но и причинил им потом немало хлопот и треволнений…
– Как его можно убить? – опережая Глена, проговорил Тибр, обращаясь к гному. – Так, чтобы наверняка… чтобы не ожил больше…
– Голову повреждать лучше всего! – как-то нехотя буркнул гном, лениво помахивая топором. – Мой сам всё сделать мочь, если вы против ничего не иметь?
– А почему мы должны быть против?! – Тибр безразлично пожал плечами. – Валяй, руби!
– Нет! – неожиданно даже для себя самого выкрикнул Глен, заслоняя собой мертвеца. – Нельзя!
Чёрная повязка почти сползла с лица лучника, прекрасного даже после смерти. И Глену невольно подумалось о том, какими же должны быть женщины этой неведомой расы, если даже мужчины у них столь совершенны.
И как можно допустить, чтобы грубая сталь топора со всего размаха врубилась в эту прекрасную плоть, смяв и изуродовав её?!
– Ты что, предводитель?! – удивлённо и, вместе с тем, озлобленно как-то выкрикнул Тибр. – Опять?!
– Не дам! – вторично выкрикнул Глен, выхватывая меч. – Лучше не подходите!
