— Нет нужды бояться стражи, парни. Эти скоты не посмеют жаловаться на вас.
Чтобы подчеркнуть свои слова, он угрожающе взмахнул дубиной, бросив не сулящий ничего хорошего взгляд в сторону незадачливых драчунов. Парни с запада отлично поняли его намек и замотали головами. Мы с Клетоном поблагодарили швейцара и отправились в заведение Аллии.
Я почувствовал себя виноватым, когда наши подружки бросились к нам в объятия. Я думал о Рвиан, но тут Тейс прижала свои губы к моим, обещая сказочные наслаждения как достойное завершение праздничного дня. Мне было всего восемнадцать, и драка разгорячила мою кровь. Так что я решил до поры забыть свои невысказанные клятвы и отдаться в руки реальности.
Но все то время, которое я провел с Тейс, мне виделось лицо Рвиан.
Я и представить себе не мог, что дружба моя с Клетоном когда-нибудь ослабнет, но за месяцы, что прошли с той поры, когда я впервые встретил Рвиан, крепость уз между мной и моим товарищем подверглась испытанию. И то, что отношения наши не прекратились, говорит о глубине связывавшей нас дружбы и о том взаимном уважении, которое мы питали друг к другу. Из нас двоих я был мягче и податливее, за исключением тех случаев, когда речь касалась получения новых знаний. Почти всегда заводилой в наших проделках оказывался Клетон, но репутацию бунтаря заслужил именно я. Дециус однажды счел нужным предупредить меня, что, не выкажи я столь серьезные способности в искусстве, которому обучался, меня скорее всего отчислили бы. Я не мог просто принимать и соглашаться со всем, что мне говорили, и вопросы мои подчас доводили учителей до исступления.
Я доказывал, что раз получилось так, что наш народ выгнал Анов с земли их предков, то в какой-то мере мы сами повинны и в набегах Повелителей Небес. Мне все время казалось, что правильней было бы искать какого-то взаимоприемлемого компромисса с ними, чтобы прекратить эти нашествия. Споры эти я неизменно проигрывал, потому что не мог ответить, каким образом мы будем вести с ними переговоры, или, если каким-нибудь образом благодаря чуду, например, это станет возможным, какого рода соглашения нам следует с ними заключить.
Все эти мои рассуждения стали первым яблоком раздора между мной и моим другом, мы частенько спорили с ним на данную тему, сидя в нашей комнате или после совместного распития эля.
— А что, если, — донимал я вопросами обоих, и Клидда и Бэла, — драконы существуют и поныне? И Властители? Что, если они соединят свои силы с нами в битве против Повелителей Небес? Смогут ли выстоять против них Хо-раби?
Бэл отвечал мне на это:
— Если бы все легенды были правдой, девственники могли бы оседлать единорогов и отправиться на битву с нашими врагами.
Клидд же заявлял:
— Надо полагать, что мертвы как драконы, так и Властители. Если же это не так, то, как учит нас история нашего прошлого, они не слишком-то дружелюбны с людьми. И еще: среди нас нет никого, кто мог бы вести переговоры с этими чудовищами, так как же мы сможем побудить их (если допустить, что они живы) встать на нашу сторону?
На это я отвечал:
— Но если драконов нет, к чему тогда Пограничные Города?
Клидд возражал:
— Ты что же? Предлагаешь выселить всех оттуда?
— Нет, — упрямо продолжал я. — Но все-таки какой в них смысл? Построили их, чтобы охранять Дарбек от драконов. Драконов нет, тогда зачем же города? Против диких Измененных? Разве они настолько опасны, а?
Клидд посмотрел на меня как-то особенно. Чем-то взгляд его напоминал выражение, появлявшееся на лице Урта, когда я касался этой скользкой темы. Наконец учитель ответил:
— Смысл существования города заключается в том, что там живут люди, Давиот. Смысл этот не одинаков во все времена.
Я понимал, что учитель надеялся этим ответом положить конец потоку вопросов, и поспешил развеять его надежду:
— А как же дикие Измененные?
Кто-то обреченно вздохнул. Чей-то голос (чей, я понять не смог) прошептал:
— Давиот оседлал любимого конька.
Клидд пожал плечами:
— Если они представляют собой угрозу, значит, Пограничные Города защищают нас от них. Но, поскольку никто из Истинных не бывает за Сламмеркином, я не могу ответить тебе с точностью, хотя думаю, что Измененные не опасны.
Такой ответ не мог меня удовлетворить. Похоже, в наших знаниях имелся серьезный пробел, получалось, что даже Мнемоники предпочитают не помнить или делать вид, что не помнят про существование Ур-Дарбека и таинственных диких Измененных. Мне представлялось, что наша обязанность заключается, помимо всего прочего, еще и в том, чтобы исследовать данный вопрос. Но, прежде чем мне удалось сформировать у себя в голове цепочку новых вопросов, Клидд переменил тему и принялся за обсуждение истории основания Кербрина. Я до поры до времени остался побежденным.
Вопросов у меня всегда оказывалось больше, чем ответов. Учителя не могли удовлетворить моего любопытства. Они отсылали меня к догмам, воспринятым ими в свое время от их собственных преподавателей. Тогда я решил самостоятельно исследовать эту область истории и приобрел репутацию личности эксцентричной.
И не забудьте про Рвиан.
