Валуны, словно стражи, вставали на пути, но разве эти ничтожные препятствия могли остановить жаждущую душу, рвущуюся к заветной цели?
Пройдя через арку, я очутилась в другом зале, где царил хаос еще большего масштаба.
Но самое главное, в центре этого нагромождения плескалось озеро, отражая голубизну своих вод.
— Боже! — простонала я, делая первые глотки прохладной влаги и утоляя жажду пройденных дней.
Чуть погодя рассмотрела сохранившийся водоем и пришла к выводу, что он был рукотворного происхождения.
Чаша бассейна была выложена лазурной плиткой, на удивление нетронутой ни временем, ни тихими водами, что неспешно скользили по ее глади.
Проточная вода наполняла этот просторный бассейн, даря ощущение свежести и умиротворения.
Я погрузила руку в воду, и словно пелена сошла с глаз — вместе с водой утекали ошметки старой кожи.
Только сейчас, ощутив эту шелковистую гладкость, я осознала: ожогов больше нет.
С изумлением рассматривала свое тело, словно чужое, пытаясь постичь непостижимое: как могло произойти столь стремительное исцеление?
Так и не найдя ответа на мучивший вопрос, я откинула его в сторону и, сняв лоскуты одежды, и с наслаждением погрузилась в воду.
Что может быть лучше прохладной воды после жаркого раскаленного солнца? Ничего.
Присев на борт бассейна, с улыбкой на устах наблюдала, как течение уносит грязь.
Тихий бег вод дарил спокойствие и, казалось, уносил все мои тревоги.
«Говорят, есть три вещи, на которые можно смотреть бесконечно: вода, огонь и звезды. И не зря говорят, что вода очищает не только тело, но и душу.»
Я поднялась и с сожалением посмотрела на остатки былой роскоши. Не было смысла отстирывать жалкие лохмотья платья.
— Ты как Ева в Эдемском саду. Не хватает яблони и зми́я, — пошутила по поводу своего наряда.
— Конечно, все это очень интересно. Но, где змея? И почему я после укуса осталась живой?
Уже с чувством страха оглядела свое место. И встряхнула головой от навязчивого чувства дежавю.
Мой взгляд уже с настойчивостью вглядывался в каждую деталь помещения, в каждую роспись на стене и колоннах, в каждую потрескавшуюся скульптуру, стоящих в пыли и песке.
Все было знакомо. Мое состояние напоминало чем-то приоткрытую дверь: сначала щелочка, затем она увеличивается, и вот должна дверь открыться, и тогда можно узнать, что в комнате…, но дверь захлопывается в последний миг и оставляет меня в неведении.
Я не могла открыть дверь в своей памяти, как ни старалась.
Тишину в пещере, или вернее, в разрушенном доме, нарушали мои шаги, откидывающие камни.
Я решила исследовать каждый уголок этого места. Из зала с бассейном расходились проемы, зияющие отсутствием дверей.
Вместо них — подковообразные арки, каждая со своей формой: округлой, стрельчатой, причудливо изогнутой.
Все они, словно рамы для картин, были обрамлены богатым орнаментом, свидетельствующим о неисчислимых богатствах владельца этого строения.
Не всякий мог позволить себе роскошь таких просторных залов и столь изысканного декора. Я бродила, заворожено вглядываясь в шедевры безымянных мастеров, чьи титанические усилия, увы, поглотил безжалостный песок, обратив их творение в руины.
"Что же здесь случилось? Неужели это затерянный город из древнего царства? Как жаль, что легенды не сохранили его названия. Но это, несомненно, оно! Кто еще мог быть погребен под толщей песка? Я нашла… нашла забытое временем царство…"
Волна ликующей надежды, словно тонкая нить, ведущая к загадочной Шарис, захлестнула меня.
Забыв о камнях под ногами, я переходила, а порой и переползала из комнаты в комнату, пока острая мысль, как ледяной кинжал, не пронзила меня, мгновенно погасив радость… Змея.
Застыв от внезапного обжигающего осознания, что где-то здесь, в тени, таится огромное существо, которое принесло меня сюда и теперь наблюдает за каждым моим шагом, я почувствовала, как сердце бешено колотится в груди.
Вдруг она принесла меня сюда, чтобы потом в тишине и спокойствии насладиться трапезой?
Моя вздымающаяся грудь предательски выдавала охватившую меня панику. Обхватив себя руками, я ощутила себя беззащитной добычей.
Но чуткий слух по-прежнему ловил лишь тоскливый вой ветра, доносившийся издалека.
Спокойствие медленно возвращалось ко мне, и, в конце концов, я продолжила путь, который, казалось, неумолимо привёл меня обратно к бассейну.
Пришлось окунуться в прохладную воду, смывая с себя пыль минувших веков.
Бессмысленное ожидание тяготило, и я понимала, что необходимо что-то предпринять.
Вода утоляла лишь жажду, но нужно чего-то большего, чего-то существенного.
Но где найти это "существенное" в этом забытом богом месте?
Взгляд мой блуждал по поврежденным стенам, пока внезапный порыв не потянул меня в другой зал. Там я замерла перед нишей.
Пальцы мои осторожно скользнули по выпуклой поверхности с тончайшим резным узором, пока не остановились на изображении солнца.
Застыв на мгновение в нерешительности, я вдруг ощутила непреодолимое желание надавить.
И повинуясь моей воле, стена бесшумно отодвинулась, являя взору темный проем.
