Несмотря на все проблемы, я не забывала о матери. Она всегда радовалась моему приходу. А со своей скудной пенсии, еще пыталась как-то помочь нам. Мы, как могли, помогали друг другу. Но я всегда недолюбливала ее общение с семьей Амантая, вычеркнув их всех из своей жизни и возненавидев, категорически прекратив с ними всякое общение. Мы встречались лишь изредка, когда Катерина с детьми приходила к маме помыться в ванной, что меня несколько возмущало и раздражало. Я постоянно ворчала по этому поводу, а бедная мама разрывалась между нами. Катя и дети всегда сидели, молча, видя мое настроение и отношение к ним. Она понимала, что лучше просто промолчать, тем более что где-то в душе все же признавала и свою вину. Ну а я в свою очередь, просто игнорировала их присутствие, обращалась к маме, словно рядом в квартире нет никого, стараясь унизить их, раздавить саму их сущность. Моей ненависти и агрессии не было предела. И мама конечно от этого страдала, как бы и меня, понимая, с моим необузданным характером, и внуков, от своего непутевого сына, ей тоже было очень жаль. Она всегда повторяла: «Галя, живите дружно, когда-нибудь ты поймешь меня».
В конце лета сестра с Василием затеяли в своей квартире небольшой ремонт, кое-где заменяя обои. Я с удовольствием и воодушевлением почему-то запросто взялась им помогать. На своей площади был полный порядок, личного времени предостаточно, поэтому с легкостью принялась за дело.
Вечером выходного дня, заканчивая обклеивать стены коридора их квартиры, и напевая что-то себе под нос, обернувшись, обратила внимание на неожиданно вошедших гостей, одноклассников сестры, Сергея и Александра, с которыми была немного знакома «заочно», помня их еще по школе, но они не знали меня совсем. Слегка подвыпившие, друзья долго говорили за столом втроем о разных пустяках. Докончив работу, я приобщилась к их компании, приличия ради. Александр, бегло взглянув в мою сторону и взяв на заметку наши родственные отношения с сестрой, необычно, и чертовски приятно стал вести себя, вызывая к себе симпатию. Интересный собеседник, как бы в шутку и в серьез заявил, что «Галка ему очень нравится, и он непременно на ней женится, даже пить вообще бросит». Вот на такой забавной ноте и рассталась наша веселая компания. Мы с Русланом пошли домой, унося с собой приятные воспоминания о случайной и забавной встрече. Немного подумывая на эту тему, хотелось мечтать и фантазировать. А через несколько дней, услышав стук в дверь, я поспешила открыть ее, в ожидании прихода сынишки, заигравшегося на улице. Словно прочитав мои мысли, на пороге стоял Саша, забавный и уверенный. Чуть позже, он по-свойски повел Руслана на свою дачу за фруктами и овощами, как в порядке вещей, что для меня покажется необычным. Они легко нашли общий язык и понимание. Алекс полностью положительно расположил к себе подростка. Мне была приятна завязавшаяся дружба с Сашей, вел он себя тактично, приходил не часто, но с гостинцами для сынишки, был приятен в общении. Ну а я его просто ждала, верила и надеялась…
Все закончилось очень резко, грубо, и крайне неприятно для нас обоих. Он реже появлялся, задумываясь о причине, я не знала, как реагировать в данной ситуации. А в один из вечеров, открыв ему дверь, ужаснулась, пораженная на повал. Саша еле стоял на ногах, по всему было видно, что буйная пьянка продолжалась не один день, выглядел не лучшим образом, а дурной запах и неопрятный вид, вызывал мгновенное отвращение. На пороге еле держась о косяк, пребывал, совершенно невменяемый в противоположность, мною придуманной сказки, Сашок, словно, его никогда и не было. Разговор был коротким. Выставив за дверь горемычного поклонника, я одним разом поставила точку на наших отношениях, в душе немного страдая, так как почти начала привыкать к этому человеку. Что касается его, то он, конечно же, тоже был в отчаянии, на коленях умоляя о прощении, и даже с ноткой угрозы, в плане того, что либо покончит с собой, либо уйдет на контракт, с «дальнейшими последствиями». Но мне все чаще доводилось видеть его в безобразном состоянии, то лежащего на лестничной площадке, в подъезде моей мамы, то бессознательно гадящего всем и всюду… Отвращение и ненависть вмиг перечеркнули все то, что было миром иллюзий и страстей.
Мама знала о моих случайных встречах и связях, но никогда не лезла в мои личные дела, и не указывала. Лишь изредка пыталась дать по необходимости чуткий и своевременный совет.
Годовщину отца мы провели также, достойно его памяти. Столы ломились вновь от всевозможных продуктов.
