– Я знаю, что вы ходили к мистеру Кёнигу, – Уилл понизил голос до шёпота и подался вперёд, закрывая Даниэля собой от пристального и цепкого взгляда замершего в отдалении дворецкого. – Я не буду говорить, что в восторге от этого. У меня только один вопрос: зачем? Зачем ты подверг мою сестру подобной опасности? Ты ведь знаешь, что могло произойти, если все пойдёт не так? И я не о мистере Кёниге говорю в данном случае. Ты ведь тоже не в восторге от подобного рода… деятельности.
Тень сомнения накрыла лицо Даниэля лишь на мгновение, жизнерадостная улыбка не покидала губ мужчины, а в его взгляде маленькими фейерверками испуга взрывалась озабоченность словами Уильяма. Даниэль нервничал, но умело скрывал это. Его пальцы мелко задрожали, и он вовремя сжал ладонь в кулак, однако этот жест не укрылся от Уильяма. Даниэль прекрасно чувствовал, как воздух между ними начал покрываться мелкой рябью волн, а взгляд Уильяма темнел с каждой секундой молчания, что искрило перемигивающимися между собой ажурными плафонами и негромким скрежетом радио.
Наконец Даниэль мотнул головой и с невинным видом заморгал.
– Опасности? – рот Даниэля исказился в нервной усмешке. – Не припомню, чтобы ты задумывался об опасности общения с Натаниэлем, когда согласился с ним работать. Так что поздно сливать бензин, Уилл. Твой Титаник уже на полных парах несётся к айсбергу мистера Кёнига, и задумываться о целесообразности общения с ним уже немного поздно. К тому же, – прервав попытку Уильяма вставить хоть слово, заметил Даниэль, – моей целью было заставить его помочь тебе. Как видишь, ты здесь, а значит, все прошло просто замечательно. Да и в принципе, он был достаточно милым при встрече. Даже попросил своих людей убрать пистолет от моей головы, когда те услышали, что я Куэрво. Кажется, хе-хе, Анхель раздражает не только нас с тобой.
Даниэль расхохотался, схватившись за живот, и сжал ладонью плечо Уилла. Уильям улыбнулся, вымученно, сквозь силу и вложив в эту улыбку всю кипящую глубоко внутри боль. Анхель? Раздражает его? О нет, Анхель
Даниэль смеялся, и от этого смеха внутри Уилла все скручивалось, стягивалось в узлы, и Уиллу показалось, что его кто-то выворачивает наизнанку. Даниэль смеялся, и с каждым новым вдохом черты его лица искажались, стирались плотным налётом песка, и, стоило только Уиллу отвести взгляд, как он уже не мог вспомнить ни цвета глаз Даниэля, ни его вьющихся волос, ни искрящихся лукавством глаз.
Уилл несколько раз быстро отводил взгляд от Даниэля, чтобы убедиться в том, что ему это не мерещится и образ лучшего друга кривым зеркалом искажается в его памяти. Уильям нервно сглотнул и с силой сжал ладонь в кулак, впиваясь ногтями в нежную кожу. Но даже это не смогло принести ему облегчения.
– Ты. – Уилл тупым взглядом уставился на Даниэля, схватывая каждую деталь его лица, но разрозненные кусочки мозаики лишь неровно складывались в потёртую от времени фреску.
Смех Даниэля прекратился, и мужчина смахнул с уголков глаз невидимые слезы, прежде чем натянуть на лицо серьёзное выражение.
– Я, – аналогичным тоном ответил Даниэль, сложив на груди руки, и нахмурился. – Ты выглядишь так, словно не узнаешь меня. У тебя все хорошо? Тебе… не нужна помощь?
– Нет, прости. Я в полном порядке. Просто голова последние дни сильно болела. Вот я сейчас продолжаю ходить, как будто меня долго били. Медленно соображаю. Извини.
– Понимаю. Сам только оправился от последней попойки.
– Я не пил…
– Не оправдывайся. У каждого есть свои маленькие секретики.
Тихий стук каблуков потонул в обитых бархатом стенах, и Уилл с Даниэлем обернулись к лестнице. Маленькие быстрые шаги, светлые собранные в высокий пучок волосы и приветливая улыбка, так присущая каждому члену семьи Куэрво. Мария Алехандра. Головная боль Уильяма и лучшая жена на свете по мнению Анхеля. Уилл последний раз виделся с ней на крестинах дочери Куэрво, куда он все же смог заявиться только в качестве гостя, а роль крестного отдали лучшему другу семьи. Имени этого несчастного Уильям не знал, но помолился за него несколько раз, надеясь, что бог пошлёт ему достаточно терпения и бесконечных лет жизни, чтобы быть так тесно связанным с четой Куэрво.
Сам же Уилл предпочитал оставаться просто другом Даниэля.
– Уилл, o, Dios mío4! Я уже и не надеялась увидеть тебя сегодня! Уилл такой скромник, – кокетливо махнув рукой и прикрыв рот ладошкой, обратилась к Даниэлю женщина. – Каждый раз, когда я звонила ему, чтобы пригласить к нам на ужин, он быстро отнекивался и клал трубку. А тут сразу приехал! – всплеснула руками Мария и погрозила Даниэлю пальцем. – Ты определенно имеешь на него влияние, Даниэль.
– Я не уверен, что…
