– Не знаю, – чуть ли не плача выдавила соседка. На лице её застыла гримаса отчаяния и растерянности, но даже в таком состоянии Мари была удивительно красива. И теперь, когда вечновесёлая, вечнозелёная, заражавшая лёгкой светлой улыбкой и поражавшая своей непосредственностью всех знакомых и незнакомых кудрявая душа металась по ванной, прижатая укорами совести и чувством вины, Варя решила взять ситуацию в свои руки:
– Как давно у тебя задержка?
– Почти неделю. Варь, я не хочу становиться…
– Пошли за тестом.
– В полвторого ночи?
– А иначе ты сможешь уснуть сегодня?
Мари замерла с испуганным видом и спустя секунду разрыдалась, уткнувшись в Варино плечо:
– Ватрушенька, я так этого не хотела…
– Ну Марь, не мучай себя, ты ведь ещё ничего не знаешь наверняка. Пойдём за тестом.
– Что я родителям скажу…
– Пойдём за тестом!! – прервала её Варя уже более настойчивым тоном. Сквозь трудные попытки сохранить спокойствие пробивались ростки сомнения, жалости к будущему Мари и одновременно ситуация казалась Варе комичной: она и не предполагала о том, что у её соседки есть тайная жизнь. А потом Мари сквозь слёзы произнесла то, после чего Варя просто не смогла сдержать смех:
– Я больше никогда не буду заниматься сексом.
Варе сделалось так смешно, что аж неловко, и она зажала рот рукавом свитера, не переставая хохотать.
И смех, и грех.
А точнее и смех, и страх. Сама мимолётность Мари могла стать матерью.
– Чего ты ржёшь, коза! – всхлипнула соседка, вскинув голову, и сжала губы, чтобы самой сдержать горький смешок.
– Будешь. Только в презервативе. Как раз и от необходимости посещать венеролога себя избавишь.
Увидев по лицу Мари, что она только что открыла для себя новую сторону проблемы, Варя резко встала:
– Ну всё, хватит. Идём.
Ближайшая круглосуточная аптека, как подсказал навигатор, находилась в трёх с половиной километрах от их дома. Две ёжащиеся от ночного холода фигурки засеменили в сторону проспекта.
– Варь, а что если я на самом деле беременна?
Та подняла брови, пожала замёрзшими плечами и попыталась улыбнуться, чтобы разбавить атмосферу:
– Что ж поделать, возьму твоего ребёнка под свою ответственность. Будем воспитывать коллективно. Ты научишь его краситься, Влас – драться, Валера – играть в футбол, Хрис – общаться с девушками, а Лепс – воровать еду из супермаркета. Вот же самодостаточное дитя получится!
По лицу Мари скользнула болезненная ухмылка, будто она и правда в это поверила:
– Ага, и вырастет у нас алкашка-визажистка или борец за права ЛГБТ24.
– После школы он сдаст ЕГЭ, если его к тому времени не упразднят. Хорошо сдаст – поступит в нашу шарагу, плохо – на металлургический завод пахать пойдёт, – Варя всё раскачивала тему, чтоб её соседке было не так тревожно, и та тоже цеплялась за любую возможность не думать о будущем:
– Вот ты жестокая. Не дам тебе ребёнка, буду его сама гадостям учить!
Немного посмеялись и дальше шли молча. Тяжело было думать о том, что на самом деле вероятность беременности всё-таки есть. На минуту Варя невольно поддалась настроениям подруги и представила себе: да, вот Мари родила. И что дальше? Варя задумалась о том, что правда было бы хорошо взять ребёнка себе. Перейти на заочное, подыскать нормальную работу, строить новую маленькую личность в скромных условиях, на доброте и доверии. Но ребёнок тосковал бы, пока она будет на сменах, у него развился бы комплекс дефицита внимания… «Фр-р! Что за мысли такие?» – мотнула головой Варя и, поборов стеснение, спросила вслух:
– Как вообще так получилось, что у тебя был незащищённый секс?
Молчит.
– Даже если бы это был близкий для тебя человек, ты всё равно не знала бы наверняка, чем он может болеть. Что лучше – родить ребёнка или заболеть СПИДом?
Всё ещё молчит. С таким угрюмым видом, будто хочется возразить, а нечего: соседка права. Тут Варе стало неловко от такого накала, и она смягчилась:
– Обещай больше так не делать, ладно?
– Ладно, – буркнула Мари в ответ.
Наконец они дошли до аптеки. Нажали на кнопку звонка и нервно считали секунды.
– Попроси четыре теста, – шепнула Мари, и Варя не сдержала смешок:
– Ты серьёзно? Это на всю нашу квартиру или на роту овуляшек25?
И тут их прервала круглоглазое уставшее лицо, появившееся в обрамлении белого окошка:
– Чем могу помочь?
– Четыре теста на беременность, пожалуйста, – живо проговорила Варя.
– Желательно, разных, – до смеху волнительно добавила Мари.
—–
Домой они шли с ещё большей тревогой. Соседка то и дело порывалась побежать, но обе были слишком уставшие.
«Чего только не сделаешь ради дорогой подруги», – думала Варя, поглядывая на часы.
Когда последний из четырёх тестов показал только одну полоску, до Вариного зачёта оставалось четыре с половиной часа. Мари плакала от счастья, выбрасывая в мусорную корзину всё то, за чем они полночи ходили по городу, а Варя еле успевала давать ей чистые салфетки.
– Ты знаешь, что у меня лучшая соседка? – всхлипнула Мари.
Та улыбнулась и склонила голову набок:
– Лучшая соседка завтра уснёт на зачёте. Пора ложиться, мать.
– Боже правый, не называй меня матерью никогда больше! – засмеялась в салфетку Мари.
—–
