К нему отправился первый фрагмент данных – четкий и понятный, ничего лишнего. Информация содержала инструкцию по слиянию. Атес решил действовать согласно ей. В кристаллической матрице возникало определенное возмущение, плоская поверхность просела, образовав выемку подходящего размера. Что-то подтолкнуло Атеса туда. Окружающие кристаллы были обращены к нему разными гранями, промежуток между ними соответствовал форме самого Атеса. Они идеально подошли друг другу. Атес ждал слияния с благоговением – точно так же он в свое время стремился соединить осколки кристаллов. Вот-вот сильный электрический ток изменит молекулы на краях, свяжет Атеса с этой невообразимой матрицей, и он станет частью прекрасного нового мира. Он так жаждал этого.
Однако этот момент никак не наступал. После томительного ожидания и общения Атес наконец понял, что объединения может и вовсе не наступить. К нему относились как к чужаку, объекту наблюдения, которого нужно остерегаться, а не как к страннику, который вернулся к своей большой семье. Матрица неустанно искала способы взломать его память. Она изучила его кристаллическую структуру и получила хранящуюся в ней информацию, но все еще не понимала значения этих воспоминаний, ей требовалось выдвинуть еще больше гипотез и построить еще больше моделей. Единственной целью ее контакта с Атесом было подчинение: матрица требовала, чтобы он реагировал на определенные приказы.
Негодование вырвалось из самой глубины его души. Когда матрица снова послала запрос, он не повиновался. Вместо ответа он ввел в информационный канал решительную команду. Команда имела сильную эмоциональную окраску, Атес не указал для нее конкретный объект – она распространялась по каналу, встраивалась в любой возможный узел и использовала все ресурсы для повторного воспроизведения.
«Примите меня, интегрируйте меня!» – вопил он. Этот возмущенный сигнал быстро разошелся по матрице, и все структурные кристаллы почти одновременно перестали вибрировать, будто бы недоумевая. Хаос продолжался два цикла, а затем матрица пришла в норму, и все кристаллы отреагировали на команду одинаково – подали ток к ее источнику. Это была не информация, а энергия, энергия сильного тока.
Они хотели принять в большую семью одинокого товарища.
Похожего на них, но совершенно иного.
…Интеграция Атеса в сеть прошла гладко, как и ожидалось. Несмотря на огромные размеры и сложность, каждый из структурных кристаллов действовал не сам по себе – их ограничивала реакция на определенные стимулы, точно так же, как они реагировали на приказы Атеса. Атес ни капли не сомневался, что на более высоком уровне они представляли собой единое целое, невероятную мощь которого он пока понять не мог. Но что касается одиночных кристаллов, то их он мог использовать как хотел. Творец создал для него безграничный рай. Что могло быть ценнее такого подарка? У него получилось бы восстановить здесь былую империю Атов. Больше, совершеннее, сплоченнее, чем прежняя.
Атес не стал так поступать, он прибегнул к другому способу выживания, которому научился у некоторых бактерий. Прописаться в организме хозяина гораздо эффективнее, чем его уничтожать. Необъяснимая тревога не давала ему покоя: он чувствовал, что должен держаться в стороне и ждать своего часа.
Разогнав когнитивную функцию, он быстро разобрался в этом новом мире и немедленно отправил инструкции каждому структурному кристаллу. В матрице бесшумно разворачивался какой-то невидимый колоссальный проект, и масштабы его были настолько велики, что у Атеса возникло ощущение, что он взорвется, если попытается охватить такой объем информации. Действовать надо было не так.
Атес незаметно снял управление. После непродолжительного молчания матрица проснулась и вернулась в первоначальный режим. Немножко иная, чем прежде, слабые сигналы поступали отовсюду на какой-то пустячный кристалл – Атес не собирался вмешиваться ни в какие процессы, просто наблюдал за всем с командной высоты. Он усердно учился и осознавал… Вызов был непростой, но Атес был готов приложить все усилия. Он не знал, сможет ли Творец снова контролировать его каким-то другим способом, но готовился сопротивляться. Если им снова будут управлять, то жизнь станет хуже смерти. Что-то в матрице показалось ему знакомым, и Атес усердно пытался прочесть это и взломать.
Вэнь Цзюй наконец очнулся. Он лежал на кровати, на лице не было ни кровинки, глаза неподвижно смотрели на экран.
– Центр Всесети начал атаку. Бета послала роботов окружить башню, – сообщил Ма Жуймин, поглядывая искоса на пациента. – Если вы знаете, как это остановить, еще не поздно.
Вэнь Цзюй закрыл глаза:
– Роботы уже напали?
– Пока нет, но они уже очень близко к башне и могут ворваться в любой момент.
– Похоже, ему нужно еще немного времени, чтобы адаптироваться. Это хорошо, тогда и у нас есть время.
Ма Жуймин в замешательстве посмотрел на Вэнь Цзюя, который спокойно встретил его взгляд:
– Сколько я еще проживу?
Ма Жуймин взгляда не выдержал.
