| The table trembled in the silence that followed. | В наступившей тишине слышно было, как поскрипывает стол. |
| She had never seen him softened, and was much distressed. | Она никогда еще не видела его таким и очень огорчилась. |
| He knew her to be so, without looking at her, and said: | И он, даже не глядя на нее, чувствовал это. |
| "Pray forgive me, Miss Manette. | - Простите меня, мисс Манетт, - сказал он. |
| I break down before the knowledge of what I want to say to you. | - Я думал о том, что собирался вам сказать, и не совладал с собой. |
| Will you hear me?" | Вы способны меня выслушать? |
| "If it will do you any good, Mr. Carton, if it would make you happier, it would make me very glad!" | - Конечно, мистер Картон, я буду очень рада, если вам от этого станет легче и вы почувствуете себя хоть немножко счастливее. |
| "God bless you for your sweet compassion!" | - Да благословит нас бог за ваше милое участие! |
| He unshaded his face after a little while, and spoke steadily. | Он посидел так еще минуту, потом отнял руку от лица и заговорил спокойно: |
| "Don't be afraid to hear me. | - Не бойтесь выслушать меня. |
| Don't shrink from anything I say. | Не пугайтесь, что бы я ни сказал. |
| I am like one who died young. | Я все равно что умер, давно когда-то, в юности. |
| All my life might have been." | Вся моя жизнь - это только то, что могло бы быть. |
| "No, Mr. Carton. | - Нет, нет, мистер Картон! |
| I am sure that the best part of it might still be; I am sure that you might be much, much worthier of yourself." | Я уверена, что лучшая часть жизни у вас еще впереди, я уверена, что вы можете стать гораздо, гораздо достойнее себя самого! |
| "Say of you, Miss Manette, and although I know better-although in the mystery of my own wretched heart I know better-I shall never forget it!" | - Скажите - вас, мисс Манетт, и хотя я прекрасно знаю, что это не так, хотя в тайниках моего горемычного сердца я знаю, что этого не может быть, - я никогда, никогда этого не забуду! |
| She was pale and trembling. | Она смотрела на него, бледная, дрожащая. |
| He came to her relief with a fixed despair of himself which made the interview unlike any other that could have been holden. | Он сам пришел ей на помощь, но с таким самоуничижением, отрекаясь ото всяких надежд, что весь их разговор принял какой-то странный и даже невероятный характер. |
| "If it had been possible, Miss Manette, that you could have returned the love of the man you see before yourself-flung away, wasted, drunken, poor creature of misuse as you know him to be-he would have been conscious this day and hour, in spite of his happiness, that he would bring you to misery, bring you to sorrow and repentance, blight you, disgrace you, pull you down with him. | - Если бы это было возможно, мисс Манетт, что вы способны были бы ответить на чувство такого беспутного, погибшего, ни на что не годного, спившегося забулдыги, как я, - а вы ведь знаете, что я такой и есть, - то каким бы счастливцем он ни почувствовал себя, он в тот же час, в тот же миг сказал бы себе, что он не может принести вам ничего, кроме горя и нужды, что он обречет вас на страдания, заставит вас горько каяться, погубит вас, опозорит, потащит за собой на дно. |
