— Хоббитов! — вскричал Гимли. — Но где же они? Где Фродо?
— Не знаю, — устало ответил Арагорн. — Перед смертью Боромир сказал мне, что Орки связали их и что они, кажется, живы. Я послал его охранять Мерри и Пиппина; но я не опросил у него, где Фродо и Сэм, а когда спросил, то было уже поздно. Все, что я делал сегодня, получается не так. Что нам делать теперь?
— Прежде всего, похоронить павшего, — сказал Леголас. — Нельзя оставлять его лежать среди этих гнусных Орков.
— Но нужно спешить, — добавил Гимли. — Он не захотел бы, чтобы мы медлили. Мы должны погнаться за Орками, если есть какая-нибудь надежда, что наши друзья живы и только попали в плен.
— Но мы не знаем, где был в это время Кольценосец, — возразил Арагорн. — Разве мы не должны искать его? Или должны бросить? Тяжелый выбор приходится нам совершать!
— Сделаем прежде всего то, что всего нужнее, — сказал Эльф. — У нас нет ни времени, ни орудий, чтобы схоронить нашего друга, или насыпать курган над ним; но мы можем сделать хотя бы курган из камней.
— Для этого понадобится много времени и труда, — возразил Гимли. — Здесь нет подходящих камней.
— Тогда мы уложим его в лодку вместе с его оружием и с оружием убитых им врагов, — решил Арагорн. — Мы отдадим его Андуину. Великая Река позабоится, по крайней мере, что-бы никакая гнусная тварь не осквернила его праха.
Они быстро обшарили трупы Орков и собрали их мечи и рассеченные шлемы и щиты в высокую груду.
— Смотрите! — вскричал вдруг Арагорн. — Вот следы! — Он извлек из мрачной груды два коротких меча с красной и золотой насечкой на листовидных клинках, а потом и ножны к ним, черные и осыпанные мелкими красными яхонтами. — Это не оружие Орков, — сказал он. — Это мечи Хоббитов. Орки ограбили их, но побоялись взять эти мечи, изделия Нуменора, в которые вложены чары на погибель Мордору. Если наши друзья и живы еще, они безоружны. Я возьму мечи, ибо все-таки надеюсь вернуть их владельцам.
— А я, — сказал Леголас, — соберу все стрелы, какие найду, ибо мой колчан пуст. — Он поискал вокруг и нашел немало стрел, оставшихся целыми; и они были длиннее, чем принятые у Орков. Он начал рассматривать их.
Арагорн тем временем пригляделся к убитым и сказал: — Здесь лежат многие, не принадлежащие к племенам Мордора. Некоторые пришли с севера, из Туманных гор, насколько я разбираюсь в Орках. А вот эти мне совсем незнакомы. Вооружение у них совсем не такое, как у Орков!
Среди убитых было четверо воинов, рослых и плечистых, толстоногих и большеруких, с большим ртом и раскосыми глазами. Мечи у них были короткие и широкие, а не кривые, как у Орков, а самшитовые луки формой и размером походили на луки Людей. На щитах у них был странный герб — белая рука на черном поле; а на шлемах, надо лбом, блестел рунический знак "С", сделанный из белого металла.
— Я никогда еще не видел таких знаков, — сказал Арагорн. — Что они означают?
— "С" — значит Саурон, — сказал Гимли. — Это сразу видно.
— Нет! — возразил Леголас. — Саурон не пользуется рунами Эльфов.
— Не пользуется он и своим настоящим именем, не позволяет изображать или произносить его, — добавил Арагорн. — И он не любит ничего белого. Орки на службе у Барад-дура носят знак Красного Ока. — Он подумал. — "С" — это значит Саруман, — сказал он наконец. — Зло пришло в Изенгард, и Запад не в безопасности больше. Этого-то и боялся Гандальф: каким-то образом изменник Саруман узнал о нашем походе. Весьма возможно, что он знает и о гибели Гандальфа. Преследователи из Мориа могли ускользнуть от бдительности Эльфов или же могли вовсе не входить в Лориен и попасть в Изенгард другими путями.
Орки быстроноги. Но у Сарумана есть много способов узнавать то, что ему нужно. Вы помните птиц?
— Да, но нам некогда разгадывать загадки, — сказал Гимли. — Давайте отнесем Боромира.
— Но после этого разгадывать загадки нам придется, если мы хотим сделать правильный выбор, — заметил Арагорн.
— Может быть, правильного выбора совсем нет. — ответил Гимли.
Карлик взялся за топор и срубил несколько ветвей, которые они связали тетивами луков, а сверху положили свои плащи. На этих носилках они понесли тело своего товарища вместе с выбранными для него трофеями его последней битвы. Путь был недалекий, но трудный для них, так как Боромир был человеком рослым и сильным.
У края воды Арагорн остался с носилками, а Леголас и Гимли поспешили по берегу к Парт Галену. Туда было около мили, и через некоторое время они вернулись, плывя в лодках вдоль берега.
— Странное дело! — сказал Леголас. — На берегу было только две лодки.
Третья исчезла.
— Были ли там Орки? — спросил Арагорн.
— Даже следов не было, — ответил Гимли. — И Орки забрали бы или уничтожили все лодки, да и поклажу тоже.
— Я посмотрю следы, когда мы вернемся туда, — сказал Арагорн.
