Рядом с виадуком, если ехать из Нового Города, начиналась улица Китайская, тянулась через весь город, пока не упиралась в набережную реки Сунгари. По обе стороны улицы располагались ряды магазинов, аптек, меняльных контор, банков, антикварных лавок. Гостиницы, рестораны, кинотеатры. Здания в основном двухэтажные. Магазины, специализированные по видам товаров. Только знаменитая торговая фирма «Чурин и Ко» отличалась трехэтажным пассажем и универсальностью. Здесь можно было купить все: от иголки до автомобиля. Магазины магната-японца «Мацуура» выделялись изобилием товаров, но торговали только тем, что производила Япония. Фирма «Мицубиси» одна из первых установила на крыше своего магазина грандиозную неоновую рекламу с бегающими разноцветными огнями.
Харбин. Здание магазина «Чурин и Ко»
Вся Китайская – сплошное море зеркальных витрин, освещенных яркими лампами, огороженных латунными перилами.
Сегодня, говорят, в Харбине проживает около четырех миллионов человек. Наверняка появились новые улицы, более важные и ухоженные, но для меня Китайская навсегда осталась символом капиталистического рая, где с парадным блеском и изобилием соседствуют нищета и убогость прилегающих кварталов.
Запомнилась мне рабочая чайная в полуподвале на улице Биржевой. Так и называлась – «Биржа». Здесь столовались рикши, извозчики, шоферы, грузчики в свободное от работы время.
Каким самостоятельным и сильным казался я себе, когда под вечер, сдав арендованную лодку, шел в эту столовую, чтобы, расположившись среди рабочего люда, заказать себе обед из трех блюд! На третье в «Бирже» подавали стакан чая, сдобренного несколькими каплями вина. Это было фирменное блюдо «Биржи», этим она отличалась от других. Такой обед стоил около тридцати копеек, но позволить себе я его мог не всегда. Только если после обеда у меня оставался 1 рубль, который нужно было принести домой и отдать маме. Если дневная выручка была меньше, я покупал у Гурченко полфунта чайной колбасы (самое большое лакомство Вовки) и гордо шагал до дому. «Гурченко» – это шикарный гастрономический магазин, запах которого начинался за квартал; чтобы пройти мимо него и не глянуть на колбасное изобилие, нужно было собраться с волей. А когда мой рабочий день был совсем неудачным, заходил я в ларек при заводе грека Ипсиланти и выпивал за 5 копеек бутылку «бузы», так назывался греческий национальный напиток, приготовленный по каким-то особым секретам, но очень вкусный.
Харбин. Магазин «Мацуура» на Китайской улице
Харбин. Вид улицы
И просто пройти по Китайской, поглазеть на витринное убранство, окунуться в море электрического света было интересно. У витрин «Чурин и Ко» можно стоять часами. Кто бывал на Дальнем Востоке – в Благовещенске, Владивостоке, Хабаровске, – тот видел такие магазины. Фирма «Чурин и Ко» строила их по одному типу. На Китайской ни одной вывески, ни одной надписи, кроме как на русском, не было. Исключение составляли китайские аптеки: здесь только иероглифы. Заспиртованные в банках человеческие зародыши с аномалиями в развитии, выставленные в ряд, – это обязательно. Затем змеи, живые и полусонные или засушенные в виде жгутов, а все стены в красивых красных ящичках, отделанных бронзой. В аптеки ходили как в кунсткамеру на экскурсию. При входе в аптеку дверь зацепит мелодичный колокольчик, выйдет хозяин и, будь ты ребенок или взрослый, одинаково вежливо ответит на твои вопросы. В аптеках всегда стоял какой-то пряный запах от массы засушенных трав и снадобий. О мудрости китайской медицины можно было бы узнать гораздо больше, если бы нас это тогда интересовало. Об упущенном остается только жалеть.
Был у отца знакомый аптекарь-фармацевт. Одинокий поляк по фамилии Врублевский. Человек начитанный, грамотный в вопросах китайской медицины, фитотерапии, иглоукалывания (тогда европейцы боялись такого слова) и многих других, именно китайских, экзотических методов лечения. Часто беседовал отец с Врублевским на разные умные темы. Любил отец послушать то, в чем сам не разбирался. Иногда в воскресенье, чтобы дать возможность матери одной побыть дома со своими заботами, брал нас с собой на такие прогулки.
Не знаю, какой доход приносила аптека своему хозяину, но больше одного покупателя я у него никогда не видел. Отделан зал для посетителей был прекрасно. Стены – под красное дерево. От пола до потолка в десятки рядов – маленькие ящички и полки с бутылками одинаковой формы, обклеенными этикетками с латинскими названиями. Запах такой же специфический, как в китайских аптеках. Главное занятие Врублевского – хобби, которое приносило доход и сделало его популярным, – было разведение породистых щенков только чистокровных датских догов, ведущих свою родословную со времен царя Гороха. Обычно взрослые уходили в кабинет и там беседовали часами, а мы с Вовкой с великим удовольствием занимались со щенками. Иногда сквозь приоткрытую дверь можно было расслышать, что разговор идет о «мужской силе». Зная, что отец интересуется спортом, я не понимал другого значения этого слова.