Вот и вся моя секретарская работа. Да, еще был случай. В Экажево, ингушском селе наш факультет поработал недели две на уборке урожая, мы ломали кукурузу. Уже закончили работу, но нас не отпускали, потому что колхоз не мог найти транспорт, чтобы отвезти студентов к поезду. Надоело ждать, сколько можно бездельничать! Кто-то предложил идти большой группой к председателю колхоза – жаловаться. Кто-то составил речь. Примерную.
– Лина, пойдем!
Я вдохнула. Нашли командира, а что я смогу сделать? Пришли и всей гурьбой встали около двери. А меня подтолкнули вперед. За столом сидел и наш декан. Он понял наш протест и видел, как меня выставили для… чего?
– Лина, – хмуро сказал он. – Идите, еще один вечер пойте песни. Утром поедем.
Вот и вся моя официальная работа. А когда говорят, почему распался Советский Союз, то я точно знаю: из-за формализма. Недалеко от Ералиевской школы в Казахстане соседствовал райком партии и все знали, что работали там три человека, а остальные перекладывали бумаги с места на место. Члена партии нельзя было не только осудить, но и выгнать с работы – это позор для компартии. Одного беднягу переводили на наших глазах с одной работы на другую, но он заваливал все, что ему предлагали. Слышала, как выхоленный армянин из санэпидстанции открыто говорил, что надо постараться здесь вступить в партию, а то на Кавказе это обойдется в тысячу рублей. И это такая великая руководящая сила, которая вела страну, куда? И дорулила до распада страны! И не извиняется до сих пор…
Я иногда говорила моей Сауле, когда она что-то интересное придумает с ребятами в школе:
– Тебе, Сауле, надо поработать в ЦК КПСС, ты бы навела шороха среди стариков!
Молодые люди знают ли, что в эту «элитную» организацию принимали не всех, кто почему-то захочет. Нет, первыми на прием были рабочие, потом крестьяне, а уж потом, если «посчастливиться» принимали интеллигенцию. Мне казались эти правила и им подобные какой-то игрой, которая действует по придуманным правилам, далеким от жизни и настоящей работы. Жалко, конечно, что друзья теперь живут в разных государствах.
Чаще всего вспоминаю Валю в экажевском клубе перед сном на постели из соломы. Экажево – это Ингушетия. Вечером у нас были концерты. За стеной мальчишки. В наше филологическое отделение входил такой же многочисленный чеченский факультет. Нас поселили в сельском клубе. Пели хором, дуэтом, по заявкам. Ждали в основном Валино пение. Она вставала во весь рост и… Ее голосу тесно было только в нашей комнате, его хорошо слышали замершие за дверью мальчишки. Чаще всего Валю не отпускали со «сцены» пока не наслушаются вдоволь. А однажды она заупрямилась: то ли настроения не было, то ли чувствовала себя плохо. Категорически отказалалась петь. У нас быстро отступили, а за дверью ныли:
– Валя, спой! Валя, Валя, да хоть одну песню!
Мольбы продолжались, не давали уснуть. Наконец, студенты за дверью снизили свои просьбы:
– Валя, ну, пожалуйста, хоть две строчки…
Сердитая Валя вскочила и гаркнула в сторону двери для неугомонных слушателей:
« Ой, ты степь широ-о-о-окая, степь раздо-о-о-ольная!»
Плюхнулась на шуршащую подушку и накрылась с головой своим пальтишком.
Успокоились на двух строчках… Да каких!
На практике. В Тазбичах приближался праздник Октября. Надо же что-то приготовить с классом, так правильно думала я. И разучила с мальчишками, их в моем классе шестеро, хорошую песню. Собрались учителя, кое-кто из детей, мои все пришли – как же, готовились, будем выступать. Что-то праздник никак не начинается, директор ходит туда- сюда мимо нас. А мы уже из нижнего класса, в котором так и не был еще замазан глиной потолок из плетня, пришли наверх, ближе к празднику. Надо прорепетировать перед концертом. Нашли место в коридорчике. Я дирижировала, воодушевляя своих ребят, полусидя на краю стола. Мальчишки, стоя или сидя по двое на табуретках, бодро грянули с притопом вместо музыкального сопровождения:
«Главное, ребята, сердцем не стареть,
Песню, что придумали – до конца допеть.
В дальний путь собрались мы,
А в этот край таежный
Только самолетом можно долететь»
Романтика. Мальчишкам нравится. Ни радио, ни ТВ в это горном селе еще не было. Может быть, кто-то из ребят слышал эту песню, спускаясь по выходным в Итум- кале, а кто-то выучил только с моего слуха без голоса. Но получилось хорошо. Нам понравилось. Спели еще раз. И вдруг подходит директор и, скрывая смущение, предлагает мне открыть собрание или как там его… праздник, поздравить с Днем… Я замахала руками:
– Что вы, причем здесь я! Я не умею…
