Ко времени прихода предмета разговора, друзья уже спели несколько песен и пили за Родину, за Сталина, за женщин, за успех безнадёжного дела, за мир и дружбу и контрольно-ревизионную службу.
В полдевятого Перекопский позвонил сам. Богдан заплетающимся языком — нисколько не подыгрывая:
— Борис Григорьевич, у меня тут большие проблемы с одним из учредителей, давайте завтра встретимся — нужно посоветоваться.
БГ был обескуражен — слышно по тону:
— Да, да, давайте, в 10 в Погребке. Вам удобно, — скорее утвердительно, чем вопросительно сказал он. — Жду Вас, — и добавил — отдыхайте.
Отдыхал Богдан на ковре в зале (очень удобно!) уже через час после этого разговора, добравшись домой на такси.
Второй месяц Богдан невольно сидел в Златоглавой. Люся тогда уехала в Москву утренним поездом, а Богдан — через несколько часов на перекладных, через Валуйки.
И очень вовремя — вечером следующего дня к нему на квартиру заявились оперативники из налоговой и три пятнистых физзащитника с автоматами — хотели, видимо, демостративно арестовать (вот уж потешили б соседей!) — да не тут то было. Лазутин потом подтвердил — ордер на арест действительно был выдан в тот самый понедельник. А по сей день Батула числился в розыске.
Уголовное дело было возбуждено по факту подделки документов. Однако никакие следственные действия не проводились. Логично было бы предположить, что надо произвести обыск, сделать выемку документов, однако ничего этого сделано не было. С другой стороны — всё правильно — если отбросить формальную сторону вопроса, то ничего нового менты в конторе найти не могли — Гусин и так отдал им всё что надо. Кроме того, и это главное, они не хотели поднимать шум, до того как бросят Богдана за решетку.
Перекопскому звонил несколько раз. Он был в бешенстве: «мы тебя потеряли, в самый ответственный момент ты нажираешься, потом уезжаешь, ты думай головой: разве время сейчас для семейных разборок?!»
Богдан думал головой и, следуя избранной легенде, отвечал: «Для меня семья — самое важное, остальное потерпит. Вернусь в ближайшее время».
В Москве нашел специалиста по захватам. От нечего делать рылся в Инете и натолкнулся на сайт Рейдер. ру. Там спецы по корпоративным поглощениям давали рекламу. Заплатил за консультацию, показал свои документы и получил целый ворох наработок, которые читал и рассматривал, думал, что будет предпочтительней в его условиях. От безделия начал заниматься спортом — бегал по утрам — благо парк был рядом с их съёмной квартирой.
Пока он там рисовал схемы, мудрствовал и осваивал бег трусцой, его враги начали действовать… По истечении месяца отсутствия Батулы, и в лесниковской банде наверняка поняли, что уехал тот неспроста, не по семейным обстоятельствам, а все же кто-то его предупредил о готовящемся аресте.
И вот в один прекрасный день на предприятие заявляется Завадский со свитой и предъявляет Определение суда о том, что он назначен руководителем предприятия. Закон позволяет назначить на стадии распоряжения имуществом вместо директора — арбитражного управляющего, если действующий руководитель чинит препятствия правосудию. Конечно, никаких препятствий в данном случае и в помине не было. Но распорядитель подколол к ходатайству об отстранении правильные письма, посланные якобы запросы, а простимулированный щедро суд не стал ковырятся и выяснять достоверность — доказательства арбитражным управляющим представлены, на их основании — решение принято.
Главный инженер Макаров, оставленный Батулой за старшего, увидев предъявленное решение суда, начал, согласно полученной инструкции, звонить Савченко и Лазутину, те — Богдану, пока совещались, человек традцать — сорок в камуфляже просочились на территорию, повязали охрану, вывели за ворота оставшихся рабочих и закрылись. Всё! Крепость была сдана!
Через неделю после этого утвердили реестр. Требования «Гейма» были отфутболены. Менты провели неслабую работу — перелопатили гору документов, допросили всех, кто имел отношение к ремонту основного здания, и подготовили доказательную базу для признания сделки и, соответственно долга, недействительными. Они ходили на Бастион как на работу, запугали всех, и вели себя так, как будто расследуют какое — то страшное преступление против человечества.
Напрасно Батула с Савченко думали, что интрига будет закручена вокруг задолженности Бескиду или Гейму, что многочисленные судебные заседания в четырех инстанциях дадут достаточно времени придумать что-нибудь дельное — лесники рванули напролом, захватили предприятие, и оспорить теперь ничего нельзя. Оспорить, подать апелляцию может только сторона в деле: должник или кредитор. Выступать от имени должника Батула уже не мог — он официально Определением суда был отстранён от выполнения обязанностей директора. А кредиторов кроме «Промлестехники» — не стало — долги всех мелких кредиторов были выкуплены.
Богдан просто впал в ступор, кусал локти, метался по квартире как загнанный зверь. Потом всё-таки сорвался и поехал в Шахтерск.
