˗ Слазь, ˗ командую Бюдду и так что бы меня слышали предупреждаю. ˗ Лошадок поберегите!!! Тут барышников нет, а ашвины новых не продадут, ˗ и прошу джандара. ˗ Отошли человека помочь жрице. Скажешь абхае, я послал.
Форэ отправился сам.
Мелкий камень едет под ногами. Пыль поднимается выше голов. Дышать нечем. Едкий пот заливает и слепит глаза. Стекая, оставляет на лицах грязные потеки. Но выбора нет. Идешь и идешь. Что бы было легче, ищешь взглядом какой ориентир. Бурый камень, чахлый куст, перо птицы на колючке… Так и топаешь, скрашивая нудность, тяжесть и однообразие подъема маленькими победами в продвижении. Пять шагов… Восемь… Три…
С вершины край еще тоскливей, чем внизу. Глядеть не на что. Плоско, уныло и пусто.
Жду, пока поднимутся жрица и Форэ. Плакальщица шагает почти самостоятельно. Судя по вялому морганию и широким зрачкам ей дали выпить, зеленки". Почему, зеленки"? Цвет губ и слюней, стекающих с уголков рта на подбородок соответствующий.
Поднявшись последним, Форэ показывает назад. Там, откуда пришли, у горизонта, пока ничего нет. Но джандар как и я чувствует, вот-вот появятся черные движущие точки всадников.
˗ Сюда не пойдут, ˗ киваю ему.
Он соглашается.
Ползем по тропе. Именно ползем, сбавляя и сбавляя шаг.
В голове колонны оживление. Впереди открывается картина настолько радостная и долгожданная ни дать ни взять, рай! Внизу лесок, озеро, второе, травушка в пояс.
Спускаться нисколько не легче. Ноги разъезжаются, упираешься, сзади на тебя надвигается и толкает корпус лошади. Опять пыль, пот и жажда, наверное, навсегда обезводившая организм.
Переход закончился благополучно. Лошадки ноги не переломали, седоки шеи не свернули.
˗ Слава небесам! ˗ Ла Брен, не таясь, под завистливые взгляды окружающих, допивает припрятанную воду.
˗ Небеса причем? Мне слава! ˗ поправляю его. ˗ Забираем левей, к дальнему, озеру.
˗ В ближнем что? Воды мало? ˗ делает мне замечание таскар. Лицо довольное, вроде винца пригубил.
˗ Соленое, ˗ снисхожу я до объяснений. ˗ Берег голый.
По высокой траве от нас наперегонки бросаются бежать пара страусов. Огромные птицы, высоко задирая ноги, несутся со скоростью хорошего скакуна.
˗ Это кто? ˗ растерялся Метт. Браконьер смотрит во все глаза, нащупывая арбалет, подаренный ему Иеффом.
˗ Цыплята здешние, ˗ отвечаю я. ˗ Видишь, взлететь не могут.
˗ Не чего себе цыплята! У меня кобыла меньше! ˗ продолжал изумляться Метт.
˗ Это же какая несушка так расшаперилась? ˗ вздохнул Иефф, почесав затылок.
˗ Вы еще петуха не видели, ˗ поддержал шутку Гиш.
˗ Га-га-га! ˗ покатилось по рядам. Смеялись даже те, кто не слышал о чем речь. Дело обычное когда нервы и силы на пределе.
Вода, еда и несколько часов покоя вот что нужно человеку на войне. Не хитрый набор радостей, о которых будешь вспоминать и которые будешь желать, когда польется кровь.
˗ Сильно не заголяйтесь, ˗ предупреждаю я собравшихся лезть в озеро.
˗ Это почему? ˗ останавливается Бюдд.
˗ Сомик, ˗ и показываю ему величину рыбы. Половину мизинца.
˗ Что сомик? ˗ не улавливает повода для осторожности малагарец.
˗ Крохотный такой сомик. Кандиру. Имеет привычку забираться в уретру.
˗ Куда забираться?
˗ В детородный орган.
˗ Как забираться?
˗ Как таракашка в щель. Потом только вырезать. По самый пупок.
Бюдд стоит, раскрыв рот.
˗ Может того… Перетянуть? ˗ хохочут за его спиной.
Малагарец подтянул штаны с бедер к подмышкам.
˗ И задницу заткнуть на всякий случай, ˗ Гиш сорвав травы, скручивает стебли в тугой пучок.
˗ Бабенок наших надо предупредить! Чем потом выуживать сомика? ˗ проявил заботу Иефф и сделал несколько не рыболовных, туда-сюда, движений.
Хохоту еще больше.
Сержант и кузен обреченно отмахивается рукой.
После купания и обеда из изумительной оленины раздобытой и зажаренной пикарами, безмятежно дремлю в теньке орешника. Надоедливые мухи липнут к обнаженным рукам, лезут в нос, в глаза, настырно зудят под ухом. Покойно так, что лень от них проклятых отмахнуться.
Неподалеку кто-то травит байку Волчатам.
˗…А еще у мейских горцев, тех что на Закатной стороне Фрумма обитают, есть берсеркеры. Первостатейные драчуны и рубаки. Таких нигде в мире не сыщешь. Перед боем принеприменно напиваются в стельку, так что еле на ногах стоят…
˗ Как же они бьются, если на ногах не стоят?
˗ Не перебивай, а слушай. Так вот напьются, разденутся догола, грязью вымажутся…
˗ Грязью? ˗ сомневаются в правдивости рассказчика.
˗ Грязью. А елду и мошонку гашенной известкой обсыпают, чтоб значит, виднее было.
˗ Во, вояки!
˗ Это что! Собственным говном пишут на груди, нам все по херу! и прут как оглашенные.
˗ Да, не бреши ты! ˗ прикрикивает Линье на рассказчика, но болобол не унимается.
˗ Им то по херу, а другим каково с говнюками биться. Все от них врассыпную.
Волчата хохочут. Рассказчик, видя такое одобрение, добавляет подробностей.
˗ А самые злодеи наберут говна в рот, да как плюнут…
Тут уж и Линье не удержался, рассмеялся.
˗ Ох, брехло! ˗ сквозь смех укоряет он сочинителя.
˗ Я и брехло?! Сам расскажи, да не сбреши!
˗ Про что рассказать-то? ˗ неохотно отзывается мечник.
