Члены жюри посмотрели на нее и сделали какие-то записи. Затем снова посмотрели и еще что-то записали. Сердце Бетти неистово колотилось. Она не ожидала, что будет так нервничать, но из-за напряжения Бетти пропустила большую часть представлений о «Мисс коттеджи Келлмана» и «Мисс курорт Левина». Каждая из девушек прошлась по подиуму в туфлях с открытым носком и купальнике, который подчеркивал ее округлости. На них были обычные купальники – один в желтую клетку, другой в морскую полоску. Блестящий фиолетовый купальник Бетти, возможно, был слишком модным для этого показа.
Далее пригласили «Мисс летний курорт Штернов». Бетти услышала эти слова. Но ее сознание затуманилось, и словно из ниоткуда накатила тошнота. Глубокий вдох. Еще один.
«Мисс курорт Левина» прошептала, вернувшись на свое место:
– Это ты, иди.
Бетти вышла вперёд.
На западной стороне павильона Северного берега, в зале для игры в бинго, превращенном в раздевалку, девушкам было предоставлено десять минут, чтобы переодеться из купальников в вечерние платья и освежить макияж. Бетти натянула перчатки и надела розовые атласные туфли-лодочки с выпускного вечера, которые достала из глубин своего шкафа. Туфли гармонировали с платьем Бетти, словно их специально покрасили в тон.
– Хочешь, чтобы я завязала твой бант?
Бетти обернулась и увидела Нэнси Грин, «Мисс курорт Гроссингера», действующую «Мисс Саут-Хейвен» в бледно-зеленом платье из тафты с заниженной талией и волнистым подолом, который едва прикрывал колени. Глубокое круглое декольте было отделано золотом, подчеркивая медные крапинки в карих глазах Нэнси. Ее кожа была чистой и нежной, подводка для глаз – аккуратной, а коралловая помада к лицу. Довольно откровенное декольте Нэнси должно было несомненно повлиять на жюри.
Нэнси была не только сексуальной, но и очаровательной и утонченной.
И она была милой. Бетти застонала, но скрыла это кашлем.
Бетти приподняла оба конца ленты у себя на талии.
– Спасибо. – Она никак не смогла бы завязать красивый бант у себя на спине. – Я это как-то не продумала.
Нэнси встала позади Бетти и потянула за широкие концы ленты.
– Вот так. Ты прекрасно выглядишь в розовом.
– Изначально я хотела надеть не это платье, но все равно спасибо, – сказала Бетти. – С синим произошло небольшое недоразумение.
Нэнси наклонилась ближе.
– Открою тебе секрет. Это платье тоже не было моим первоначальным выбором. У меня был прелестный персиковый наряд, который я приобрела в бутике в Париже.
Бетти наклонилась, сгорая от нетерпения услышать рассказ о парижской моде.
– Почему ты его не надела?
– Проблема в том, что оно мне маленькое. Даже спустя месяцы оно по-прежнему на мне не сходится. Я тоже набрала в груди, – прошептала Нэнси и опустила взгляд на свою грудь.
Бетти не понимала, почему Нэнси была такой добродушной и зачем рассказала столь личную информацию.
– Пора снова занять свои места, – сказала она.
Девушки встали в том же порядке, как и раньше, кроме Нэнси, которая придвинулась ближе к Бетти. Все поправили свои ленты.
– Я пожелала бы тебе удачи, но сама хочу победить, – прошептала Нэнси. – Это мой последний шанс.
– И мой тоже.
– Точно. Я слышала, что ты собираешься уехать в колледж.
– Да, собираюсь. В Нью-Йорк.
– Я знакома с другими девушками, которые говорили, что собираются учиться в колледже.
– Я поеду в колледж, – настаивала Бетти.
– Что ж, рада за тебя, – сказала Нэнси. – Надеюсь, у тебя все получится.
По какой-то причине Бетти поверила ей.
Нэнси вздохнула.
– Знаешь, если я сегодня одержу победу, то стану единственной девушкой, которая завоевала этот титул трижды. Этот день стал бы лучшим в моей жизни. – Ее голос звучал тихо и мечтательно.
Бетти хотела победить, но даже если бы сегодня завоевала корону и ленту, ее лучшие дни были ещё впереди.
Нэнси посмотрела в пол, повела плечами и наклонилась к Бетти. Так близко, насколько это было возможно.
– Тошнота пройдет, – прошептала она. – Попробуй соленый крекер.
– Ладно, – ответила Бетти, но у нее не было ни времени, ни желания разгадывать, что Нэнси имела в виду.
Когда настала ее очередь снова идти по подиуму, Бетти посмотрела по сторонам и выбрала несколько зрителей из зала, которым улыбнулась. Она сосредоточилась на них, что помогло сдержать слезы. С каждым шагом ее ноги слабели. Его не было в зале. Глупо было на это надеяться. А если он вообще никогда не вернется? Делая шаг за шагом, она повторяла про себя:
Марв сидел между матерью и Элеонорой. Он был порядочным парнем и таким же хорошим другом. Он заслуживал более милую девушку, чем Элеонора, и не такую резкую. Девушку, которая не желала кого-то другого. Бетти улыбнулась ему, и, прежде чем она развернулась на краю подиума, Марв улыбнулся в ответ.
Взглянув на каждого из судей, Бетти улыбнулась и слегка кивнула, а потом, как Нэнси, подмигнула.
