— Могут ударить на Красный Бор, выбить оттуда наших и ополченцев, но впереди Ижора и Колпино — там везде укрепления. На Никольское наступать сразу две танковые дивизии не станут, там и одной не развернутся. К Неве сейчас так сразу не прорвешься, 115-я дивизия встала крепко. К тому же за спиной поддержка — 4-я дивизия ополчения. И корабли, что по ним ведут огонь. Нет, к Неве фашисты хотят выйти как прошлый раз, но легко, без серьезных потерь. Все же большой урон терпят от наших железнодорожных батарей. Думаю, они 12-ю танковую дивизию из сражения скоро выведут — наскоком привыкли действовать, везде искать слабые стыки.
— Тогда ударят по 310-й или 286-й дивизиям — другого направления на Мгу, как через них, нет. И по нам пройдутся — мы первые у них на пути…
— Товарищ маршал, 286-я дивизия выдвигается в Войтолово, на левый фланг 48-армии, ее996-й стрелковый полк уже там…
— Вот и хорошо, Александр Васильевич, что уже там — опасаюсь, что 310-я дивизия не выдержит удара и все же пропустит вражеские танки. А те вдоль рокады пройдутся, и как раз в Войтолово и ввалятся дружной оравой, А там налево три версты до Горы, и пять верст до Мги — понимаешь, чем нам все это грозит. Не к Ивановским порогам удар направлен, то не больше чем отвлекающий маневр, испугать новой угрозой выхода к Неве. Заставить нас стянуть в 48-ю армию к Никольскому все резервы. Я ведь «купился» на этот демарш, слишком показательно немцы вчера дивизию генерала Конькова атаковали, однако без особой для них привычной настойчивости. Так, как говорится, только «обозначили» присутствие!
Григорий Иванович прошелся по подвальной комнатенке — штаб армии занял старое здание во Мге, возведенное еще до революции, когда началась прокладка железной дороги через всю Карелию, в Мурманск, тогда еще носивший другое название, с упоминанием правящей династии. Маршал пребывал в возбужденном состоянии, прекрасно понимая, что теперь знания нисколько не помогут — ситуация на левом фланге оборонительной линии, опоясавшей Ленинградский фронт, за истекшие сутки радикально поменялась. И теперь можно было с уверенностью сделать вывод, что враг сменил направление главного удара, который последует с востока, отнюдь не с запада. Если бы к рассвету Донсков не доложил о вернувшемся разведчике, совсем плохо было бы, а так все же успел отреагировать.
— Фельдмаршал Лееб не отказался от идеи выйти к Ладоге и блокировать Ленинград с суши, оставив нам для снабжения Ленинграда только озерные коммуникации. Какая хитрая сволочь — видимо, сообразил, что лобовой штурм не даст ему лавров победителя, и решил устроить блокады, не победить нас силой, а уморить голодом.
— Теперь против нас две танковые дивизии, Григорий Иванович, судя по значкам на башне, как мне сказали — к действующей 12-й дивизии добавилась 8-я, из состава 4-й танковой группы.
Начальник штаба 54-й армии генерал-майор Сухомлин склонился над картой, на которую только что нанес полученные четверть часа тому назад данные авиаразведки. Командующий ВВС генерал Новиков не подвел — прихватил немцев у Тосно в тот момент, когда только светало, и германские летчики еще пили кофе. «Лагг-3» прошлись несколько раз, пилоты разглядели длинные транспортные колонны, что нескончаемой «лентой» поперли на север, выбираясь из городка. И даже разглядели кресты на башнях. Еще совершили облет всей линии боевого соприкосновения, и заметили, что тот же маневр совершают немцы у Никольского — и там танки двинулись на Мгу, их тоже хорошо разглядели. Вот только вся штука в том, что не всякая короткая дорога будет для врага короче, с учетом того, что от рокады до Невы расстояние небольшое, всего десять-двенадцать километров.
