— Люблю, — резко ответил он, вставая. Пошатнувшись, он направился к кровати. Я поднялась с дивана, наблюдая за ним.
Он упал животом на кровать, подмяв под себя подушку.
Я решила, что пора возвращаться в свою комнату, тем более что ноги уже заледенели. Пошла к выходу.
— Не уходи, — попросил он.
Я вздрогнула, думая, что он, как только лёг, заснул.
— Немного, просто посиди и помолчи.
Я вернулась и села на диван, собрав ноги, и просто ждала.
Я понимала, что он держит меня здесь как нейтрализатор плохих мыслей. Словно при мне ему становится стыдно думать о смерти, чьей бы она ни была.
Я сидела и разглядывала покои лорда. На самом деле ничего интересного там не нашлось. Изящная мебель, роскошно. Да, он знает, как эта роскошь может давить на человека.
По себе не знаю, врать не стану. Комнаты в храме были скромными, ничего лишнего. Но многие призраки жаловались, что их подавляли собственные дома. Один дошёл до того, что стал выбрасывать мебель в окно, прибив при этом двух слуг. Те, в свою очередь, не давали ему уйти после смерти, а он не давал им.
Это задание стало одним из самых сложных на моей практике.
С мёртвыми работать легче — они сохраняют эмоции, которые были при смерти. Разница лишь в том, что после перехода люди показывают их без лукавства.
Вспомнив о Власе, я снова обвела взглядом всю комнату. Его не было. Да и как я могла не заметить — рыданий-то неслышно! Виктор сказал, что Влас всегда находится рядом с отцом.
Не уверенная в том, что лорд спит, я взяла ручку. Такой я писала только в далёком детстве, поэтому воспоминания от неё были сладкими.
На найденном неподалёку листке я написала:
«Виктор, где твой дядя? Ты сказал, он всегда с твоим отцом!»
Осторожно показала листок мальчику.
— Папа впервые ночует в покоях. До этого он не выходил из лаборатории. Наверное, хотел выпить эту гадость тут.
Получается, я зря получила от управляющей! Ведь милорда даже в спальне не было.
Пришли неподходящие мысли, от которых я тут же отмахнулась.
Я снова написала:
«Твой дядя в лаборатории?»
— Да, там. Плачет, — ответил мальчик и снова посмотрел на отца. — Спасибо тебе, как же хорошо, что ты тут. — Его губы дрогнули, и он заплакал. — Страшно — видеть и быть невидимым, кричать и не быть услышанным.
— Не хнычь! — строго сказала я.
Милорд на секунду поднял голову, но, не повернувшись ко мне, снова опустился и сжался в клубок. В сюртуке и сапогах — сейчас ему плевать на всё.
Я уже начала замерзать, и определённая часть тела стала выделяться, что добавляло неудобства. Но милорду было плевать, что в его комнате сидит полураздетая девушка.
Да и мои мысли были заняты другим.
Влас не выходит из лаборатории. Что-то мне подсказывает, что книгу милорд нашёл именно там. Непростой смертью ты умер, да, Влас? Непростой…
Подождав ещё немного, я тихонько спросила:
— Милорд?
В ответ — оглушительная тишина. Я повторила попытку:
— Милорд?
Тишина продолжалась. Я спустилась на пол, стиснув зубы, перетерпела холод и, крадясь, приблизилась к милорду.
— Мне нужен ключ, — прошептала я.
Виктор, кажется, сразу понял, какой именно ключ мне нужен.
— Ключ в сюртуке! — сообщил он, с жадным любопытством наблюдая за развитием событий.
— Чёрт! — сказала я одними губами, но лёгкий свист всё же вырвался.
— Ты уходишь? — неожиданно спросил милорд. От неожиданности я чуть не подпрыгнула, остановившись прямо перед ним.
Он схватил меня за руку и строго сказал:
— Не уходи!
— Милорд, я возьму покрывало, — сказала я, аккуратно выворачивая руку из его хватки.
Я понимала, что идти к пьяному мужчине в одной ночной рубашке — не просто плохая идея. Многие леди посчитали бы это катастрофой.
Но кто меня осудит? У меня не было выбора. Точнее, выбор был, но крайне недвусмысленный. И осудят меня, наверное, все. Включая Лиси, если, конечно, узнают.
Милорд не обращал внимания на мой внешний вид. Впрочем, как и на меня. Его привлекала моя энергетика, которая благодаря силе видящей создаёт душевный покой. Поэтому неприкаянные и замечают нас.
Я взяла покрывало и вернулась на диван, мысленно негодуя, что милорд не засыпает.
Итак, что мы имеем: спасённый милорд — одна штука, бедовые призраки — две штуки, спрятанная книга — одна штука (надеюсь), и запертая дверь — тоже одна штука.
А на десерт — таинственная гибель.
Я ничего не упустила?
Начнём с книги. Точнее, с двери. Но только после того, как милорд отправится в мир грёз.
Влас привязан к Роналису, и теперь мне становится ясно, почему все призраки внезапно попрятались.
Я уже достаточно долго сидела и ждала, пока милорд уснёт, периодически проверяя его отбытие в мир сновидений. Но он никак не желал засыпать. Как можно лежать пьяным в постели без движения несколько часов и не спать? Да такое даже трезвому не под силу!
Наконец, последняя моя проверка увенчалась монотонным посапыванием. От счастья я чуть ли не подпрыгнула.
Усовершенствовав навык воровства, которого, к слову, у меня никогда не было, я стащила ключ.
Выглянув в коридор и прислушавшись, убедилась в том, что меня не заметят. Шагнула в сгущающиеся потёмки коридора.