Хелльвир набрала в грудь воздуха и медленно выпустила белое облачко, глядя на огни города, мерцавшие на другом берегу. Откровенность Ионаса застала ее врасплох, но она попыталась взять себя в руки.
– В Рочидейне невозможно сохранить что-либо в тайне, – пробормотала она.
– В высшем обществе – определенно, – ухмыльнулся Ионас, сверкнув белыми зубами. – А если честно, – добавил он, – это Сэйтир мне рассказала.
Хелльвир прищелкнула языком и скрестила руки на груди. Она замерзла.
– Я ей доверяла, – печально произнесла она.
– И она определенно заслуживает вашего доверия. Я хотел узнать у нее кое-какие детали происшедшего и, не получив удовлетворительного ответа, заставил ее сказать правду.
– Бедная Сэйтир.
– Кроме того, я знаю, чем пригрозили вам Де Неиды, – продолжал он. – Как они заставили вас воскресить принцессу – не один, а три раза.
Хелльвир откашлялась. Ей захотелось вернуться во дворец.
– Вы привели меня сюда только затем, чтобы рассказать, что мои секреты известны всему городу? – произнесла она.
– Нет. У меня нет к вам никаких претензий. Я хотел вам сказать, что мы на одной стороне.
Хелльвир замерла.
– На одной стороне? – повторила она.
Ионас приблизился к ней вплотную, и ей захотелось попятиться. Она любила аромат сандалового дерева, но его духи сейчас казались ей тошнотворными.
– Грирсоны никогда не поддерживали Бержерадов, – произнес он так тихо, что никто, кроме нее, не мог бы расслышать его слов. – Они смыслили в управлении государством не больше, чем
– Во время Войны Волн вас еще на свете не было, – резко ответила Хелльвир и заметила раздраженное выражение, промелькнувшее на его лице.
– Мой Дом считал, что Де Неиды лучше подходят на эту роль. Мы помогли королеве подняться на трон. Но этого мы не предвидели: террора, казней. Мы сражались не за то, чтобы нашей страной правили кровожадная стерва и ее отродье.
– Не называйте ее так, – перебила его Хелльвир и тут же пожалела об этом.
– Как, стервой? – Он в изумлении покачал головой. – А как еще вы предлагаете называть женщину, которая приказывает казнить невиновных людей только потому, что их родственник совершил преступление?
– Что вы хотите этим сказать? – в тревоге спросила Хелльвир.
– Я хочу сказать, – ответил Ионас, – что настало время для очередной перемены. Я и несколько моих друзей – мы составляем план действий. Мы хотим убрать с трона королеву и устранить ее наследницу, хотим вообще избавиться от семьи Де Неидов и заменить монархию демократическим собранием. Это работает в других странах – стоит только вспомнить Галгорос.
Хелльвир едва сдержалась, чтобы не рассмеяться. Это было бы слишком легкомысленно после слов, которые потрясли ее до глубины души. Но такого она совершенно не ожидала.
– Демократическим… – Она все-таки рассмеялась. – Сэйтир зря пустила вас в библиотеку. Вредно читать столько романов.
Ионас засопел, и на его лице отразились замешательство и раздражение. Очевидно, он ждал другой реакции, хотя Хелльвир понятия не имела, что он себе вообразил. Что она рассыплется в похвалах, назовет его пророком, возможно, даже разрыдается от счастья при известии о том, что кто-то
– У каждого Дома будет представитель в совете, – не сдавался он. – Это будет справедливое правление. Ни один Дом не сможет забрать всю власть в свои руки. Дворец снесут, и на его месте построят дом собраний.
– И вы хотите, чтобы
– Да, – угрюмо произнес он. – Вы же были замешаны во втором покушении на принцессу, все об этом знают. И она отпустила вас. Она доверяет вам, и мы можем этим воспользоваться.
Он еще не договорил, а Хелльвир уже качала головой, словно пытаясь сбросить с себя сеть, которую он накинул на нее. Она отступила на пару шагов, и гравий громко хрустнул у нее под ногами.
– Вы решили, что я участвовала в покушении на принцессу?
– А разве это не так?
– Я
Ей казалось, что он не слышит ее; она бросилась к нему и вцепилась в его руки. Ионас недовольно поморщился, но она не отпустила его и едва удержалась, чтобы не тряхнуть его как следует.
