— А как ты хотел? Так просто лезешь в мою личную жизнь, что еще хочешь услышать от меня? Позы? Как часто? М-да… А я говорил, что трахается он божественно? Нет, так … — меня несет, уже не ощущаю никакого стыда, не обращаю внимания на взгляды случайных свидетелей. Плевать. Мне хочется набить ему морду прямо в зале, запачкать кровью дорогущие скатерти… Лишь бы отделаться от того чувства несправедливости, переполняющее меня.
— Дейл, успокойся, — Винс в очередной раз оказывается вовремя, заняв место отсутствующего соседа, придвигается ко мне вплотную, заставляя облокотиться о свою грудь, прижаться так сильно, что оставалось только глубоко дышать.
Как жалко я смотрелся со стороны минуту назад?
Почему позволил дать волю эмоциям?
Почему не оказался выше всего этого дерьма?
Наверное, потому что никогда не умел по-другому!
— Кажется, тебя заждались, — кивком указывая, обращается он к Кейду, разговор для которого еще не закончился, и я сам устремляю взгляд в нужном направлении — недалеко от нас стоит Фил. Вдруг становится жаль этого парнишку. Его парень устраивает разборки с бывшим, откровенно показывая всю свою ревность и весь свой эгоизм, а ему остается только наблюдать. Бежать тебе нужно от такого придурка, Фил. Уверен, что его чувства к тебе — напускная фальшь. Кейд не тот человек, которому стоит безоговорочно доверять. Я верил и ничего хорошего из этого не вышло…
— Я принес из бара водку и текилу, — когда нежеланный гость скрылся, на стол водрузились две бутылки. — Не знал, что выбрать.
— Водка — самое то!
— Значит, текилу оставим девушкам.
— Думаю, им вино уже наскучило, — я продолжал сидеть, облокотившись на Винса, почему-то не хотелось подниматься.
С трудом переборов себя, занимаю нормальное положение на стуле, а Винс снова возвращается на свое место — с танцпола подтянулась вся пятерка.
— О-о-о, текила! — воскликнула Люси.
— Угощайтесь.
— Винс, как это мило с твоей стороны, ты явно знаешь толк в грамотном проведении вечера.
После пары стопок со льдом стало легче. Отпустило.
Наверное, даже лучше, что инцидент с Кейдом случился в середине вечера, ибо, вдоволь напереживавшись из-за этого ушлепка, я смог отпустить ситуацию с ним и действительно наслаждаться временем за нашим столиком.
— Ты так долго ходил за водкой, странно, что принес только одну.
— Я успел пропустить пару танцев — пробираться сквозь толпу одиноких дам было плохой идеей.
— Хорошие манеры не пропьешь.
— У меня не было выбора.
— Не сомневаюсь!
— Погоди, что это? Ну-ка повтори, в тебе ревность просыпается?
— Тебе кажется, — насадив на вилку кусочек красной рыбы с бутербродов, поднес ее ко рту Винса. — Открой рот, а теперь жуй. Тебе пора научиться закусывать!
— Боишься, что потащу тебя домой раньше, чем ты насладишься свадьбой?
— Не разговаривай с набитым ртом. Жуй, не спеши.
— Не увиливай от темы…
— Я и не собирался, но и торопиться нам незачем, нужно найти грамотную ноту, чтобы свалить. Мне необходимо больше настроения.
— Будет тебе настроение, — солидарно отвечает Винс, вновь наполняя мою рюмку.
Темы для разговора менялись, как содержимое в тарелках — едва успевал насладиться одной, уже приносили другую. Благо размер порций оставался феерически мал — набить живот до отказа не получалось. За наш столик все чаще присаживались новые лица, имен которых вряд ли оказалось возможным запомнить. Но с каждым из них было нечто общее, с каждым из них случалась новая дискуссия.
Пользуясь моментом, вседозволенностью, я все чаще стал обращать внимание на Винса, разглядывать его лицо, для себя подмечая, что цвет его глаз опьяняет сильнее, чем водка или коньяк. Кофейные глаза отвечали мне теплым взглядом, изредка подмигивая. В голову лезли странные мысли: философские размышления о судьбе, плотские — «возьми его прямо на глазах у всех», странные — «а что будет дальше?» — последние я предпочитал игнорировать, списывая на побочный эффект алкоголя.
Когда колена под столом коснулась теплая ладонь, в центр зала выкатили тележку с поистине гигантским тортом — все внимание было обращено на пару в белом платье и черном смокинге.
— Хочешь дождаться раздачи сладкого? — рука неотрывно прошлась от колена по бедру вверх, замирая у самого паха.
— Он из мастики — не люблю мастику!
Внутри вдруг образовалась пустыня: стало так жарко, что захотелось осушить сразу весь обновленный кувшин сока со льдом.
Ладонь легонько сжалась, и я по инерции свел колени, захлопнув его руку прямо между ног. Возбуждение удавалось контролировать с трудом — с возрастом я понял, что это возможно.
— Не хочешь воспользоваться моментом и слинять отсюда? — столь жаркое дыхание, что и ощущения в теле, обжигает кожу за ухом.
— Куда?
— Выбор небольшой, мы же в отеле.
— С ума сошел? Ты знаешь, сколько здесь стоит номер? Двести фунтов стерлингов — не меньше! — я чуть не задыхаюсь от возмущения — столько я положил в подарочный конверт, и это сильно ударило по моему бюджету: на заправке много не платят.
