— У меня всё! — задорно воскликнула девушка, выскочив к Лаврову, который наконец распилил проклятую веревку на руках. — А это что за циклоп? — с изумлением спросила она, глядя на безжизненное тело великана Хакана.
— Так вышло, сестра. Так вышло… — виновато и строго ответил Виктор, сложив руки на животе.
Саломея кинула «Узи» напарнику. Тот не отказался от предложенного оружия, поймал его на лету и сразу принял боевое положение. Они вместе бросились к грузовым канатам, по которым артефакты «черных археологов» то ли поднимались наверх в хранилище, то ли, наоборот, выгружались на продажу. Зацепившись стопами за канаты, Саломея расстреливала выскочившую на шум охрану в верхней пещере, а Виктор щедро поливал свинцом часовых внизу — у входа в монастырь.
До гироплана они добрались беспрепятственно. Этот гибрид вертолета и самолета еще называют «автожир». Управлять им не сложнее, чем мотоциклом. Аппарат летит на авторотации, то есть держится в воздухе за счет вращения лопастей ротора, которые внешне похожи на лопасти вертолета, но раскручиваются набегающим потоком воздуха. Преимущество автожира в том, что он может летать очень низко и очень медленно. Если нужно где-то сесть — в поле, на дороге или любой другой неподготовленной местности, — автожир садится безопасно. Стоит только отключить лопасти мотора, находящиеся сзади, — и лопасти ротора наверху, вращаясь, как семена клена, мягко опустят аппарат на поверхность.
Вишневый «Кавалон», который Лавров заметил минут двадцать назад, имел систему посадки
Авионика, радиостанция, высотомер, указатель воздушной скорости, указатель раскрутки ротора — все работало. Буквально в течение нескольких минут Саломея подготовила аппарат к пилотированию, и, разогнавшись не более чем на пятидесяти метрах, они взлетели в воздух. Им предстояло преодолеть 770 километров до города Мосул, что в Северном Ираке, ведь именно там, на левом берегу реки Тигр, на холмах Куюнджик находится древний шумерский город Ниневия.
Маленький «Кавалон» уже целый час летел над горами. Виктор с удивлением смотрел вниз. Скорость была настолько низкой, что казалось, будто гироплан стоит на месте.
«Как на фуникулере, — думал Лавров, глядя на желто-оранжевый ландшафт с небольшими вкраплениями лесистых островков. — Вот только отдыхающих с зонтиками не видно внизу. Главное, чтобы не было отдыхающих со “Стингерами”…»
Лавров прекрасно помнил, на что способны переносные зенитные ракетные комплексы и сколько советских вертолетов и самолетов они сбили в горах Афганистана.
«А тут, если что, даже парашютов нет», — продолжал беспокоиться Виктор. Да, он привык всегда полагаться на самого себя, но хуже всего, когда обстоятельства складываются так, что от тебя самого уже ничего не зависит. «А ведь действительно не зависит!» — вдруг осенило Лаврова.
— Куда мы летим? — спросил он Саломею, которая управлялась с гиропланом не хуже, чем с обычным велосипедом на трассе.
— Вить! Ты что, с дуба рухнул? — засмеялась девушка, будто она была не из Белграда, а откуда-то из Харькова. — Мы только что говорили, что летим в Мосул.
Действительно, в горячке последних событий, когда двое спутников устроили в логове «Серых Волков» настоящую диверсию, совсем не думалось, во что такой полет может вылиться. Но Виктор, как любой образованный человек, а тем более журналист, знал, что у большинства развитых стран мира есть войска противовоздушной обороны, которые охраняют свои границы. Проще всего спланировать: летим в Мосул. Только для этого предстояло пересечь две границы: Турция — Сирия и Сирия — Ирак.
— Не знаю, как на границе Сирии и Ирака, — закашлялся Виктор, — но турки свою границу охраняют, не сомневайся. У них стоит натовская техника. А это многофункциональные комплексные РЛС, которые работают даже по низколетящим целям.
— Что? — переспросила Саломея, хлопая глазами.
«Приплыли!» — разозлился Лавров про себя, а вслух добавил:
— Радиолокационные станции нас засекут в момент, и тогда держись!
— Пролетим! — самоуверенно ухмыльнулась девушка.
— Слушай, Светка! С этим не шутят! Ты понимаешь, что нас просто собьют?
— Не собьют! Слишком дорого! — продолжала храбриться Саломея.
— Это ты так шутишь? — уже по-настоящему вышел из себя Лавров.
— Витя, — спокойно сказала девушка, — ты знаешь, что такое триангуляционный метод?
— В смысле? — не понял Лавров.
— Ну, я говорю об определении местоположения источника радиоизлучения в пространстве.
Тут пришла очередь хлопать глазами Виктору, а Саломея продолжила:
— Когда положение источника радиоизлучения определяется как точка пересечения трех плоскостей, задаваемых углами… Это же основы радиолокации, Витя.
— Короче! — крикнул Виктор. — Что ты мне хочешь сказать?
