— Да, — кивнул Серёга. — Теперь бы быстрее забрать и успеть к Хешелу до закрытия конторы. Я уверен, что они сегодня явятся. Корреспондента в любом случае раскололи. И в редакцию «Двуглавого орла» нужно. Надо потолковать с Голубевым, узнать, что у него на уме.
— У тебя уйма планов, — усмехнулась Либа. — Но я с тобой, Сеня! И не проси остаться дома!
— К Голубеву точно без тебя поеду, — помотал головой Минус. — Я его сам еле терплю, а ты не выдержишь. Тем более, что посылку нужно спрятать, — тихо добавил он. — Кто, кроме тебя это сделает?
— Ладно, уговорил, — Либа сморщила носик. — Боишься за меня, так и скажи. А что там в посылке? — прошептала она.
— Инструменты, — Минус улыбнулся. — Я не знаю, как Шмуль упаковал их.
Раздался далёкий гудок и грохот приближающегося состава. Встречающие оживились и Серёга повёл глазами, разыскивая багажный вагон. Оказавшись у него раньше пассажиров, Минус проговорил, обращаясь к усатому железнодорожному служащему:
— Посылка для меня есть. Инструменты.
— Доставлено, — мужчина усмехнулся в усы. — С вас десять рублей.
Минус молча протянул кредитный билет.
Усатый нырнул в вагон и тут же вытащил длинный кожаный чехол, из которого торчали части бамбуковых удилищ. В другой руке железнодорожник держал маленький тяжёлый саквояж с хитрым замком. Служащий ткнул вещи и Серёга отпрянул, едва не сбитый с ног носильщиками и пассажирами. Либа скептически осмотрела подходившего Минуса:
— Рыбак нашёлся! Ой, не могу! Не делай такое лицо, словно тебе этой хворостиной врезали!
Серёга повёл её к «фиату» и укладывая вещи в багажник, прикрыл их одеялом. Либа, к его удивлению, всё же дождалась, пока тронутся с места и только потом заговорила:
— Что там, Сеня⁈
— Карабин Маузера с оптикой, два люгера под семь шестьдесят пять с запасными магазинами. Нету сейчас девяток у Шмуля. Ну и патронов сколько-то положили.
— Ты собрался прокурора из карабина подстрелить⁈
— Не знаю, — фыркнул Серёга. — Подумать надо. Я кое-что замыслил, но это только если повезёт. Ты посылку в гостевом доме спрячь. У тебя ведь есть от него ключи?
— Да, — Либа кивнула. — Они всегда в сумочке. Только люгер мой возьмёшь вторым. Не тот, что в посылке. Мой точно проверен.
— Так ты же утром не хотела давать?
— А теперь передумала! — она скорчила гримасу. — С тобой я хотела побыть рядом, неужели не понятно?
Минус усмехнулся, глядя на её хитрое лицо и потянулся поцеловать, но Либа отпрянула:
— За дорогой следи, Сеня! Не соблазняй, а то я от тебя не оторвусь! Разобьёмся! — и она засмеялась.
К конторе Хешела Минус успел до закрытия, но впустую. Никто не следил за торговцем недвижимостью и Серёга проехал за его экипажем к самому дому. Дождавшись, пока Хешел с охранником отправятся внутрь здания, Минус развернулся в конце улицы и направил «фиат» к редакции «Двуглавого орла».
Голубева на месте не оказалось и Минус, обменявшись парой реплик с секретарём, вышел на Кирилловскую. Он оглянулся по сторонам, разыскивая кафе или трактир. Серёга решил подождать Голубева какое-то время и углядев вывеску «Аист», с размытым изображением непонятной птицы, направился к ней.
Заведение не блистало чистотой, но других поблизости не было. Минус заказал две бутылки тёмного «Империала», строго потребовав не открывать. Оглядев пробки, Серёга вздохнул с облегчением и откупорил первую. Он сделал глоток и бросил взгляд на соседний столик, за которым хмурый парень склонился над бокалом «Северной Баварии». Костяшки на правой руке человека были сбиты до крови, а на физиономии красовалось несколько синяков. Лицо парня показалось Минусу знакомым и Серёга узнал в нём Мишу Беленького.
— Привет! — Минус завязал разговор, поднимая бутылку в приветственном жесте. — Что у тебя стряслось⁈
Беленький был пьян, хоть и не очень сильно. Он сразу узнал Серёгу и мрачно произнёс:
— Володьке, собаке, в рыло зарядил!
По его тону Минус так и не понял, хвастается он этим фактом, либо огорчён. Серёга заговорил:
— Голубю, что-ли⁈
— Ему, — кивнул головой Миша. — Я бы ему вовсе харю разворотил, да скрутили меня и вон из редакции! Холуи!
— Чем же тебе он не угодил⁈
— Всем! — Беленький отхлебнул пиво. — Гад он! Меня из «союза» вытурил, сволочь!
— Это как же так⁈ — Минус изобразил искреннее удивление. — Кого ж тогда оставить, как ни тебя⁈ Он что, обалдел совсем⁈
— Во! И я ему сказал, что прохвост он и сукин сын! Он было рыпнулся, да только я… — Беленький замахнулся здоровенным кулаком.
— Так чего ему надо⁈ Это с какого перепугу тебя исключили⁈ Так нельзя!
— Нельзя! Супротив уставу организации выходит! — Миша поднял указательный палец вверх. — Да только Володька и слышать не захотел! Сдавай, говорит, значок и дело с концом! Это я сдавай! — он ударил себя в грудь кулаком — Я, который за организацию горой! Собака он, Голубь этот! А всё проклятый Лядов своё легашье рыло суёт! Паскуда! — и Беленький стукнул по столу рукой.
— А он тут причём⁈ К вашей организации⁈ Пусть своими полицейскими командует!
