— Давай только опять не начинай. Это на всякий случай. Я думаю, что не пригодится, но пусть будет. Перестань хмуриться, ведь всё хорошо. Мы вместе.
— Всё хорошо, — Аня ответила неохотно. — Пока хорошо. Вот я и хочу, чтобы было так. Наконец-то мы одни. А как ты думаешь, Либа точно приедет? Может, передумает?
— Не знаю, — Минус пожал плечами, хоть и был уверен, что Либу от намеченного не отвернуть. Её сдерживала только Белла. — Мы позвоним ей, когда подберём жильё. Тогда и узнаем точно. Брось думать о ней сейчас. Всё равно ведь они будут жить отдельно. Чего переживать?
— Того! — Аня фыркнула. — Сам знаешь!
Постепенно Аня успокоилась и подъезжая к Киеву, уже перестала волноваться. Город приближался, такой знакомый Минусу и в то же время совсем непохожий. Он вспомнил прогулки по нему задолго до войны и ледяную речку Ирпень в двадцать втором. При этих воспоминаниях Серёга поморщился и отвлекаясь от мыслей, нашарил багажные квитанции.
Привокзальная площадь гудела, как улей, и наняв извозчика, они двинулись к Хешелу, в его контору на Пушкинской улице.
Маленький пухлый человечек встретил их необыкновенно любезно и Минус, уютно устроившись в мягком кресле, принялся перебирать бумаги. Две квартиры в доме на Владимирской улице были отложены на потом и оставив немногочисленный багаж в помещении у Хешела, они отправились смотреть первый из домов. Нагорный переулок и вправду соответствовал своему названию, но оглядевшись вокруг, Минус понял, что Хешел не зря подбирал этот вариант.
Розовый двухэтажный дом старой постройки был скрыт за массивной каменной оградой, выгодно отличаясь этим от остальных зданий. Во дворе размещался длинный и приземистый гостевой дом и Минус ухмыльнулся, глядя на него. Далее виднелись ещё строения, нечто вроде конюшни, и небольшой сад. Минус прошёл вместе с Аней по всем комнатам и снова спустившись вниз, переглянулся с ней:
— Как тебе? — спросил он шёпотом.
— Красиво, — произнесла она тихонько, — хоть он и огромный. А так хороший. И мебель вся остаётся. Тут одна обстановка стоит почти как он сам! Я не против. Только гостевой дом заколотить нужно.
— Зачем⁈
— Чтобы Либочка твоя в гости не напрашивалась.
— Перестань. Мы ведь должны им с Беллой квартиру купить. Не сердись, Аня.
— Ладно, не буду пока. Это я так… Сама ведь согласилась, хоть и знала, что пожалею не раз. Семён, ты меня сам выбрал, я даже отговаривала. Теперь ты только мой. Обещаешь? Я хочу верить тебе.
— Да, — Минус тяжело вздохнул. — Обещаю. Мы ведь говорили уже.
— Хорошо. Тогда давай купим этот дом. Я надеюсь, что нам повезёт с ним.
— Да, — Минус улыбнулся, но на сердце лежал камень. «Остался год, — подумал он, — а потом тот проклятый театр… Хорошо, если у меня получится. А то его охрана меня самого шлёпнет, если за террориста примет. А ведь не попробовать нельзя. Вдруг, у меня выйдет. И заранее этого Богрова положить нет никакого смысла. Не верю я в дураков-фанатиков. Кто-то направил его. Если убрать сейчас, то найдут нового, о котором я и знать не знаю. Хорошо бы, конечно, вычислить того, кто пошлёт. Надо поискать этого Богрова, только как?».
— Ты меня вообще слушаешь⁈ — Аня дёрнула его за рукав. — Я говорю, может не будем обе квартиры брать? Зачем нужна вторая? Там и одна не нужна! Их двое, а комнат пять!
— Пусть будет, — ответил Минус негромко, — там как раз две на площадке. Возьмём. Первый этаж. Удобно. И по две тысячи всего.
— Всего! — усмехнулась Анечка. — Попробуй их заработать! Ведь дом ещё двенадцать. Ладно, хочешь — бери. Если что — продадим. Хешел говорит, что они только дорожают.
Минус кивнул и махнул рукой, подзывая Хешела.
Тир у здания казарм гремел. Во второй половине дня было людно. В первой половине стреляли курсанты и офицеры. После четырнадцати часов допускались все желающие. Минус ходил сюда уже третью неделю и знал практически всех постоянных стрелков. Сейчас он приветственно кивнул занявшему соседний рубеж человеку:
— Здравствуйте, Дмитрий Васильевич! Вы сегодня пораньше.
— Так вечер занят, к сожалению. Концерт, будь он неладен. Ольга и дочери не простят, если сопровождать не буду. А вы, Семён, уже ходили на «Осенние маневры»?
— К счастью нет, — Минус рассмеялся. — Мне ажиотажа хватило, когда «Пассаж» приезжал. Дважды смотрел, ведь Ане понравилось. Сидел смирно и ждал пока закончится. Плохо, что уши закрыть нельзя. Как затянет эта блондинка свою арию, так хоть выходи.
— Тамара? Да, голос у неё необыкновенно тонкий. А ведь хороша, чертовка!
— Красивая женщина, — Серёга кивнул. Он вспомнил высокую стройную блондинку, в красном блестящем платье. Она не была особо красивой, просто умела преподнести себя. — Смотреть на неё приятно, но вот слышать невозможно.
