Меня не удивило, что однажды Джош уже был женат. На самом деле было бы гораздо подозрительнее, если бы за всю жизнь у него никого не было. Спрятавшись в уголке зала от веселившихся школьников, мы пили тайком принесенное на вечеринку вино и обменивались драматичными историями своих разводов: Джош, когда ему было уже за сорок, пострадал от амбициозной докторши, прельстившейся преимуществами брака с главврачом. Единственное, что было дорого Джошу в семейной жизни, поведал он мне, — это Пенни, его очаровательная, смышленая восьмилетняя дочка. Каждый день он скучает по Пенни, но они могут видеться только раз в месяц, в третьи выходные. Вот бы познакомиться с ней, приходит мне в голову.
Джош отстегивает ремень безопасности, но, похоже, не собирается выходить из машины. Он поворачивается ко мне и расстегивает дутую темно-синюю куртку, одновременно развязывая на шее твидовый шарф.
Поняв намек, я тоже отстегиваю ремень. Просто-напросто уютный полуночный тет-а-тет в моем удобном маленьком «чероки». Не совсем свидание моей мечты, ну да сойдет. И Джош, видимо, надеется на продолжение.
— Итак? — спрашивает он. — Есть какие-нибудь подвижки в деле о спаме? Когда мы впервые встретились, ты была на задании, помнишь?
Не успеваю я толком сообразить, что к чему, как мой болтливый язык разом обрушивает на Джоша всю историю. Звонок и письмо от Мэка Бриггса, ожидаемая посылка с документами, липовые стихи из Библии, судно «Миранда»…
— Да, это должно было тебя совсем заинтриговать, — замечает Джош. — «Миранда». В этом весь ключ, верно?
Что-то я не понимаю.
— Твоя взяла. — Мне остается только сознаться. — Какой ключ?
Джош шутливо грозит мне пальцем.
— А я-то считал тебя мисс Шекспир, — дразнит он. — Миранда?
— Уже так поздно. — Я взываю к его сочувствию. — У меня мозг не варит. Сейчас… — Бросаю взгляд на приборную панель с часами и изумляюсь. — Сейчас два часа ночи, ты в курсе?
— Не пытайтесь сменить тему, мисс Макнэлли, — улыбается Джош, напуская на себя строгости. — Миранда. Главная героиня пьесы, которую цитировали твои спамщики. «Мы созданы из вещества того же, что наши сны» — помнишь? «Буря».
— Так ты думаешь, — медленно отвечаю я, начиная улавливать его мысль, — человек, назвавший лодку, и посылает мне весь этот спам?
— Ну если нет, то это очень занятное совпадение, — говорит Джош. — Репортер у нас ты, но я вот думаю, это не может быть Уэс Расмуссен? Или этот… как его? Мэк… Бриггс?
Я только молча смотрю на Джоша, затем, отвернувшись, рассматриваю ночное небо через лобовое стекло. Мысли с бешеной скоростью сменяют друг друга. Недоумение оттого, что я сама не увидела этой связи между «Мирандой» и письмами, сменяется волнением, когда я как следует взвешиваю догадку Джоша.
— Так ты думаешь… О! Ты видел? — восклицаю я.
Джош тоже смотрит в лобовое стекло.
— Падающая звезда, — говорит он. — Да, видел. — Джош оборачивается ко мне, и я вижу, как плещется улыбка в его глазах. — А знаешь, что, говорят, надо сделать, когда видишь падающую звезду?
Знаю.
— Загадать желание, — быстро отвечаю я. — Надо загадать желание.
— Неправильно, — говорит Джош.
Придвинувшись ближе, он берет меня за руку — и вот уже мое сердце готово взорваться, подобно галактике падающих звезд.
— Не загадать желание, — еле слышно произносит он, притягивая меня к себе.
Я нервничаю. Я возбуждена. И еще немного смущена. Ну конечно, надо загадывать желание. Уже открываю рот, чтобы возразить, но Джош не дает мне: он нежно проводит пальцем по моей щеке, убирая с лица прядь волос. Мне едва удается сдержать шумный вздох, и я ничего не могу с собой поделать — только чувствую, как закрываются глаза и мое тело покорно льнет к нему.
— Когда видишь, как падает звезда, — его голос смягчается, — нужно поцеловать того, кто рядом с тобой.
— Нет, неправильно… — Еще мгновение моему мозгу удается удерживать позиции, и я снова принимаюсь спорить. Но тут Джош прижимает меня к себе, и желание берет верх. Наконец, когда звезды, машина, старые стаканчики из-под лат те и жужжание обогревателя постепенно растворяются в воздухе и только наши толстые куртки, перчатки и шарфы мучительно отделяют нас друг от друга, я понимаю, что учителя нужно всегда слушаться, особенно в буднюю, учебную ночь.
Глава 10
Когда я делаю блаженный глоток третьего за сегодняшний день латте, в дверях кабинета появляется Франклин. Он держит в руках коробку из гофрированного картона с наклейками «Доставить к вечеру пятницы». Должно быть, это бумаги от Мэка Бриггса.
В обычное время я бы тут же ринулась распаковывать коробку. В конце концов, ее прислали мне. Но после вчерашней ночи я слегка измотана и пытаюсь это скрыть, потому что иначе от Франклина не отвяжешься. А я пока что хочу сохранить воспоминания о Джоше — и связанные с ним надежды — при себе. Пусть Франклин займется коробкой.
