Подросток повторил его движение, прикрыв женщину слева. Только счастливая мать, что-то тихо шептала на ушко прижавшейся к ней девочке, все остальные молчали. Лана ожидала развития событий. Мужчина был полон подозрений: он видел в незнакомке странный фиолетовый свет, не присущий людям, да и от его взора не укрылся обмотавший талию хвост.
Когда до незнакомца оставалось пять шагов, Глаз остановился и, выпрямившись, приподнял копьецо, негромко ударив его древком о камень, привлекая внимание охотника.
— Тять, эта женщина спасла нас с сестрой от граков. Я прозвал её Майне, и имя она приняла! — гордо произнёс мальчишка, отчего глаза его отца весело блеснули.
Лана, наблюдая за всем этим, склонила голову набок, недоумевая. Наконец мужчина не выдержал и, странно хрюкнув, звучно захохотал, упав на колени и обнимая сына, которого уже и не чаял увидеть. Лишь стоящий неподалёку юноша переводил ошеломлённый взгляд с Ланы на мальчишку и обратно.
Потрепав Глаза по волосам, мужчина выпрямился и наконец прямо взглянул Лане в глаза. Та, почувствовав, что угрозы больше нет, медленно и осторожно убрала меч в ножны. Кивнув, тот заговорил:
— Я Сова, лучший стрелок Людей. Мне называть тебя Майне? — с лёгким прищуром спросил он, что заставило Лану задуматься. Вероятно, брать имя их прародительницы было бы слишком нахально.
— Так меня назвал ваш сын, я полагаю? — шагнув вперёд, Лана элегантно поклонилась.
— Ты принимаешь это имя? — добродушно усмехнувшись своим мыслям, спросил у воительницы мужчина.
— Я не отсюда, охотник. Совсем не отсюда. А из тех земель, где солнце высоко светит над головой, а ночью восходит луна. Я с поверхности, и мне незнакомы ваши обычаи. Потому я бы хотела знать, что означает принять имя для вас, — вспомнив наставления Ульмы и решив не принимать импульсивных решений, осторожно спросила Лана.
Одобрительно улыбнувшись и явно успокоившись, мужчина терпеливо пояснил:
— Ты говоришь вельми странно, что ж, благодаря Зубу я речь южан тоже знаю. Среди Людей имя бывает внешним и внутренним. Внешнее — для всех, акромя родных. Если внешнее имя даёт чужак, дык оно становится внутренним, ежели ты принимаешь его. Примешь имя — станешь дчарью моей, раз сын так решил. Женку ему рановато, так будь сестрой, — провозгласил Сова, внимательно оглядывая приблуду.
Та нахмурилась, соображая, и, несмотря на всю странность, он в ней видел скорее человека, чем нет. Это успокаивало. Да и то, что она спасла его детей, вызывало благодарность.
— Мне бы не хотелось расстраивать юного охотника, что столь стойко защищал свою сестру, когда я их нашла. Но я отказываюсь. Я уже замужем и не ищу себе другой семьи, кроме той, что есть. Но я готова быть гостем и другом, — уверенно ответила девушка, чем вызвала явное разочарование у Глаза, а вот его родители засмеялись.
— Значит, гость. Странная ты, барышня. И речь твоя непривычна. Но твой ответ благороден, — блеснул глазами охотник и продолжил: — Пойдём с нами. Места в поселении всем хватит. Наши Пути широки. Добре, идём, — кивком позвав за собой, он повернулся к Лане спиной и, подобрав копьё, пошёл вперёд по коридору. Смущённо посмотрев на Лану, старший подросток благодарно ей поклонился и тоже убрал оружие, направленное ей в грудь.
— Эмм… Уважаемый, вы только не подумайте лишнего, я бесконечно вам благодарна за гостеприимство и с радостью готова его принять, но так получилось, что я разминулась с двумя другими спутниками. Они остались где-то на ярусах выше, и мне нужно их найти, — произнесла вслед охотнику девушка.
Как бы её ни интересовали таинственные выжившие Штолен, всё же вновь встретить Ульму и Айра хотелось сильнее.
“Да и в целом это более разумно, чем идти со странными незнакомцами чёрт знает куда!” — напомнила себе Лана. Её мышление уже почти полностью крутилось вокруг её эмоций и желаний, а не целесообразности поступков. Впрочем, она пока была способна отличать добро от зла. Но сколько это продлится? Этот вопрос был вторым в списке тревожащих её вопросов.
Сова сразу же вновь плавно повернулся на её голос, в его движениях читалась пластика опытного воина и поединщика:
— Давно ты с ними рассталась? — спросил охотник, отпуская руку сына.
Женщина, всё ещё державшая свою дочку на руках, подошла поближе, с интересом рассматривая незнакомку. Только сейчас Лана разглядела, что её волосы были такими же серебристыми, как и у неё самой. Тонкие и чёткие черты лица не позволяли понять, сколько ей лет, лишь небольшие морщинки в уголках глаз и наличие детей намекали, что она всё же старше.
— Несколько часов назад, наверное. Здесь сложно определять время. Ни звёзд, ни солнца, ни луны, — пожала плечами Лана в ответ.
— Значит, вас Сдвиг раскидал, а сигила, я полагаю, у вас не было? Зря, зря. Вещь вельми важная, — охотник сдвинул в сторону воротник куртки и поднял с груди медальон, искусно выкованный из чёрного металла.
Лана сразу же его узнала: точно такие же были на мертвецах, встреченных ими на первых ярусах. Разорванный изнутри цикл, знак Третьей Силы, Освободителя.
