Хочу ли я этого? Не думаю, что я готова к тому, чтобы все закончилось. Я должна была прожить с ним целый год.
— Ты хочешь, чтобы я ушла? — Спрашиваю я его.
— С какой стати, блять, я должен хотеть, чтобы ты ушла? — Рычит Санто.
— Потому что нам больше не нужно быть женатыми. Мы поженились только для того, чтобы мой отец не смог продать меня тому, кто больше заплатит. Он мертв, Санто. Теперь он ничего не сможет сделать.
Санто встает и начинает расхаживать по комнате, но вдруг останавливается.
— У нас был уговор, Ария, на один год. Ты все еще должна мне одиннадцать месяцев.
— Ты хочешь, чтобы я осталась? — Я в полном замешательстве. Что он получает от этого соглашения, кроме секса? И, честно говоря, он может получить его от любой, на кого только взглянет.
— Да, — говорит Санто. Одно простое слово.
— Хорошо. — Я беру ноутбук и открываю его. — Как думаешь, какой гроб мне выбрать? — Спрашиваю я, быстро меняя тему.
Глава 29

Она не плакала. Ее отец умер неделю назад. Мы сидим в первом ряду на его похоронах, а она все еще не плачет. Я знаю, что ей больно. Она старается вести себя так, будто все в порядке и под контролем. Это ее способ справляться с болью.
Я жду, когда она захлестнет ее. И когда это случится, когда она почувствует, что распадается на части, я буду рядом и помогу ей.
На похоронах присутствуют все мои братья и сестры. Ария спросила меня, почему они захотели прийти на похороны ее отца, если никогда с ним не встречались. Я ответил ей, что они здесь ради нее, потому что она – член семьи, а в семье всегда все поддерживают друг друга.
Я чувствую, что теряю ее. Эта мысль не должна меня беспокоить, потому что пока она – моя. Я еще не готов ее отпустить и сделаю все возможное, чтобы удержать ее до конца нашего соглашения. Даже если мне придется подавить свое желание к чертовой матери оторвать руку ее друга.
Дрю сидит по другую сторону от нее, держа ее за руку. Несмотря на то что она прижимается ко мне, она не отпускает руку этого ублюдка. Я сдерживаю свой гнев ради нее, потому что она привязана к этому засранцу. И если я причиню ему боль, то действительно потеряю ее.
Мои губы прижимаются к ее виску.
— Ты в порядке? — Шепчу я.
Она поднимает на меня взгляд. В ее глазах нет ни капли слезинки. Почему она не плачет?
— Я в порядке, — шепчет она в ответ. — Как думаешь, мы заказали достаточно шампанского для поминок? Здесь много людей.
— Достаточно, — говорю я ей.
Когда служба заканчивается, я встаю рядом с Арией и кладу руку ей на поясницу. Она принимает соболезнования от окружающих, и все говорят ей, каким замечательным человеком был ее отец. Когда последние гости уходят в ресторан, который мы заказали, Ария со вздохом прижимается ко мне.
— Почему люди лгут, когда кто-то умирает? — Спрашивает она.
— Что ты имеешь в виду?
— Все говорят, каким замечательным человеком был мой отец, но на самом деле это не так. По отношению к большинству из этих людей он вел себя как настоящий мудак, — говорит она.
— Думаю, люди хотят, чтобы ты почувствовала себя лучше. Они говорят это не ради него. — Я веду Арию к машине.
Я затаил обиду на своих братьев за то, что они скрыли от меня ложь Шелли. Они должны были рассказать мне о дневнике, когда нашли его. Хотя я понимаю, почему они это сделали. Они не хотели, чтобы я впал в еще большую депрессию. Честно говоря, если бы не Ария, я бы, возможно, совсем потерял себя. Она подарила мне новую жизнь, даже не подозревая об этом.

— Я отвезу тебя домой, — говорю я Арии. Мы пробыли на поминках всего час, но я ее знаю. Она не хочет здесь находиться.
— Я не могу уйти, — говорит она. — Я должна это сделать.
— Ты уже сделала это, дорогая. Мы уходим. Пойдем.
— Они все узнают, что я ушла. Я не могу уйти, Санто, — повторяет она.
— Ария, ты Де Беллис. Что я тебе говорил о том, что значит быть членом семьи Де Беллис? Тебе больше не нужно беспокоиться о том, кто что думает, — напоминаю я ей.
— А что произойдет, когда я перестану быть частью этой семьи, Санто? У нашей договоренности есть срок годности, помнишь? — Шипит она на меня.
— А что, если нет? — Предлагаю я, и мое сердцебиение учащается. Что, черт возьми, я несу?
— Что ты имеешь в виду? — Спрашивает Ария.
— Что, если у нашей договоренности нет срока годности? Что, если мы просто продолжим делать это и посмотрим, что произойдет?
— Что ты имеешь в виду? — Повторяет она.
— Я имею в виду, что, если все станет по-настоящему? — Я чувствую, как у меня на лбу выступает пот. Почему, черт возьми, просить ее быть со мной так трудно?
— Ты хочешь, чтобы я была твоей девушкой? По-настоящему?
— Я хочу, чтобы ты была моей женой. Ты ведь и так моя жена, — говорю я ей.
— Оу. — Ее глаза расширяются. — Хорошо. — Она кивает. И все. Просто "хорошо" и кивок.
— Хорошо? — Повторяю я.
— Хорошо, — снова говорит она. — Теперь ты можешь отвезти меня домой?
Мне следует расспросить ее еще раз. Сейчас она явно не может мыслить здраво. С другой стороны, она дала мне ответ, который мне нужен, и я не позволю ей отказаться от него.
— Пойдем. — Я беру ее за руку.
