Правда или борода полностью

– Спасибо, что напомнил, Джетро, – отрезал я и поставил тарелки на стол прямо перед ним.

Проблема с «Призраками»-шантажистами вот-вот должна была закончиться, но мой старший братец по-прежнему оставался для меня загадкой. Почти во всем.

– Так она уезжает или не уезжает? У нас контрольная на следующей неделе, и я хорошо подготовился, – не отставал Клетус.

Я сунул руки в карманы и покачал головой:

– Не знаю. Она сказала, что не планирует срываться немедленно, но причин оставаться у нее тоже нет.

Клетус и Бо сильно нахмурились.

– Как это нет причин оставаться? Что за дичь? А как же ты? Вот бессердечная дрянь!

Я фыркнул, оскорбленный таким заявлением, потому что если мне не изменяет память, «дрянь» означает примерно то же самое, что и «шлюха». Потеряв терпение, я решил закончить этот разговор.

– Слушайте, она хочет, чтобы я поехал с ней, ясно? Она не бессердечная, она следует за своей мечтой, и я не могу ее за это винить. И удерживать не стану, поэтому я разорвал отношения.

Бо и Клетус переглянулись, и Бо спросил:

– А в чем проблема? Почему ты не можешь с ней поехать?

Я пораженно уставился сперва на брата, потом на Клетуса. Они смотрели на меня, будто ждали объяснений, хотя причины были абсолютно очевидны. В поисках поддержки я поглядел на Джетро, но и он пялился на меня, будто не замечая никакой проблемы.

Я зарычал, качнул головой и направился к выходу, но Клетус загородил мне путь:

– Так, а ну, подожди. Бо задал резонный вопрос. Мы все знаем, что ты сохнешь по мисс Джеймс, так в чем же дело? Может, я смогу что подсказать?

Я процедил сквозь зубы:

– Проблема, Клетус, в том, что я владелец пая в автомастерской, если ты вдруг забыл.

Он пожал плечами:

– И что?

– И то! Думаешь, вы с Бо справитесь без меня?

Клетус снова пожал плечами:

– Может, справимся, может, нет… Скорее нет, чем да. Но мы же можем нанять замену.

Я снова ошеломленно уставился на него:

– А на что я буду жить? Если уеду с Джесс? Все мои деньги вложены в дело!

– Мы выкупим твою долю, если хочешь, – отозвался Бо. – Или ты найдешь работу там, где вы с Джесс осядете. Автомехаников – хороших – везде с руками оторвут. Плюс остается твое хобби, а гонки сейчас очень популярны, особенно если вы двинете на Юг или Средний Запад.

– И вообще, хорош вставать в позу! Позволь мисс Джеймс и ее наследству содержать тебя. – Джетро ухмыльнулся и подмигнул.

Мне снова захотелось ему врезать.

– И меня, и меня запишите, – заулыбался Бо, но улыбка сразу пропала, когда я на него поглядел.

– Тебя, дорогой мой брат, здесь ничто не держит, кроме твоего собственного упрямства. – Тон Клетуса был назидательным и невероятно бесящим.

– А как же честь и долг?

– Перед кем? Перед нами с Бо, что ли? – Клетус покачал головой. – Чтобы нам еще двадцать лет лицезреть твою угрюмую физиономию, пока ты будешь каждый день сожалеть о принятом решении? Нет уж, спасибо, сэр! Ты и без того не подарок.

Клетус вытер рот уголком бумажной салфетки и положил ее на гору посуды перед Джетро.

– Ты давай мой, – велел он. – Это наименьшее, что ты можешь сделать, учитывая, сколько от тебя неприятностей. А ты, – повернулся он ко мне, – звони Тине. Нельзя, чтобы она все сорвала.

Я кивнул.

– А мне что делать? – осведомился Бо, удобно расположившись на стуле.

– А мы с тобой, Бо, – Клетус крепко взял его за плечо, – поедем искать индейку.

Ложь успевает объехать полмира, пока правда надевает ботинки.

Марк Твен

~ Джессика ~

На обед в День благодарения Тина явилась с бойфрендом, который настаивал, чтобы его называли Сумраком.

Наша семья привыкла к этому не сразу, потому что на самом деле его звали Айзеком Сильвестром, и Джексон знал его с детского сада. Отец Айзека, Кип, был директором нашей школы. Мама, Диана, владела пекарней и читала стихи на поэтических вечерах по четвергам, а родная сестра Дженнифер пекла банановые торты.

И вот этот Айзек захотел называться Сумраком!

Я была слишком уставшей и подавленной для полноценного недоумения, которого заслуживала его просьба, однако невольно подслушала разговор братца с Айзеком-Сумраком, когда они вошли после мамаши Тины. Звучало это примерно так:

Джексон: Тина, а я и не знал, что ты приведешь Айзека! Рад тебя видеть, приятель.

Айзек-Сумрак: Уже Сумрак.

Джексон(озадаченно): Какое там, еще и полудня нет!

Айзек-Сумрак: Нет, это меня зовут Сумрак.

Джексон(обалдевая): Что?!

Айзек-Сумрак: Мое имя Сумрак, говорю!

Джексон: Как у одной из «Маленьких пони»?

Тина: Джексон, ты любишь «Маленьких пони»?

Джексон(зыркнув на нее и повернувшись к Айзеку-Сумраку): Да вот Джессика смотрела, пока росла, а я не фанат мультфильмов, не то что эта Сумеречная Искорка.

Айзек-Сумрак: Я Сумрак, а не Сумеречная Искорка!

Джексон(раздраженно): Будешь настаивать – не удивляйся, если я оговорюсь и назову тебя Пинки Пай!

Нечто похожее прозвучало, когда Сумрака привели здороваться к моему папе, только папа сказал:

– Это не имя, сынок. Это время суток.