– А что, это уже лучше. Может, выпросить у них еще неделю-другую на раздумья?
– Ага, а потом еще несколько недель, якобы чтобы подготовить мастерскую. Или даже соврем, что мы оборудуем другое помещение, не здесь. А за это время добудем файлы – или хоть дождемся возвращения Джетро и отлупим так, чтобы на всю жизнь запомнил!
Бо усмехнулся:
– Ты будешь его держать или я?
Я ответил абсолютно серьезно.
– По очереди, мне не жалко.
Все мы знаем, что свет быстрее звука. Вот почему некоторые люди производят впечатление светлых голов, пока не заговорят.
Я хандрила.
Это не была та самая модная хандра большого города – на меня навалилась настоящая депрессия. Даже рассматривание ацтекских храмов и чтение дорожных блогов о геотермальных источниках Новой Зеландии не помогали.
И винить в этом было некого.
До Хеллоуина мои фантазии, как правило, были связаны с мировым культурным наследием. А теперь я с пугающей частотой ловила себя на воспоминаниях о проведенном с Дуэйном времени, о его сдерживаемой асимметричной улыбке, рельефном торсе, интонациях, жесткой бороде и блеске сапфировых глаз.
Не говоря уже о намертво застрявшем в памяти обрезанном пенисе.
Чертов пенис!!!
Хуже всего то, что я принялась критиковать себя задним числом. Да, у меня ненасытная страсть к путешествиям, я хочу увидеть и узнать мир, но ведь, как говорится, есть много способов убить кошку? Может, поднакопить деньжат и ездить в длительные отпуска?
Учителя могут брать отпуск на все лето – буду жить в Грин-Вэллей, а летом с рюкзаком за плечами исследовать мир! Но такой вариант казался капитуляцией, и от этого во мне просыпалась досада.
«Я считаю, – доказывала я себе, – необязательно поступать по принципу «все или ничего». Если тебе реально нравится парень – а он тебе нравится, – тогда надо попытаться придумать способ все-таки вступить с ним в отношения…»
Но с этими мыслями приходил страх – что, если эта связь действительно свяжет меня по рукам и ногам? Прощай тогда поездки-путешествия. Если моя искренняя симпатия к Дуэйну перерастет в любовь, я потеряю свободу. Опять придется слушать, как мне пересказывают
Этот страх держал меня в чистилище непринятых решений.
Я не звонила Дуэйну после нашего неудавшегося свидания (да, я считала его неудавшимся!). Мы молча ели – правда, еда застревала в горле, – затем Дуэйн все собрал… и на этот раз принял мою помощь. К машине мы возвращались в полной тишине. Дуэйн остался таким же предупредительным, как по пути на поляну, однако он больше не смотрел на меня. Когда мы подошли к машине, он открыл мне дверцу.
Затем он отвез меня домой и любезно открыл дверцу. Он проводил меня до крыльца родительского дома и там и оставил.
Он отстраненно-вежливо кивнул, сунул руки в карманы и сказал:
– Всего хорошего, Джесс.
Ощущая раскаленную боль в груди, растущий плотный ком в горле и жгучие слезы на глазах, я не ответила. Я стояла на крыльце и смотрела, как Дуэйн уезжает. На душе было скверно, грустно и как-то глупо.
В общем, на парковку у «Орехового домика Дейзи», где мы с Тиной договорились поужинать, я привезла на велосипеде себя и свою хандру.
Тина позвонила в понедельник после моего пятничного пикника с Дуэйном, умудрившись подгадать тот момент, когда мы с Клэр выходили из машины перед домом Уинстонов. Мы отправились туда сразу после уроков, когда Дуэйн занят в мастерской, заперли машину, а ключи опустили в почтовый ящик дома.
Дуэйн не просил вернуть
Едва мы отъехали от дома Уинстонов, мне позвонила Тина и прощебетала, что хочет где-нибудь посидеть. Я… удивилась. Повышенную активность кузины на прошлой неделе я приписывала разовому всплеску родственных чувств, но Тина и не думала отставать.
Сперва она предложила выпить пиво и сходить в бассейн в байкерском баре «Дракон». Я ответила, что она чокнулась.
Да-да, я так и сказала:
– Ты чокнулась.
Тина засмеялась:
– Как, тебе не любопытно туда сходить, познакомиться с байкерами? Они такие сексуальные, с ними можно очень классно провести время!
Я покачала головой, чего Тина видеть не могла, и повторила:
– Ты ненормальная.
Знакомство с «Железными призраками» и местом их тусни вызвало у меня примерно такой же энтузиазм, как если бы мне сообщили, что отправляют на пожизненный срок в тюрьму.
Спасибо, что-то не хочется.
Как дочь шерифа, я вдоволь наслушалась страшилок о местном байкерском клубе. Если бы страшилки, как одна, не повествовали о наркотрафике, проституции, поджогах и актах немотивированного насилия, тогда мне, может, и стало бы чуточку любопытнее.
