Правда. Пехотная баллада полностью

«Да пошли они», – подумал господин Кноп, отработанным движением выхватывая миниатюрный арбалет и вскидывая его к морде недовервольфа.

– Наконечник серебряный, – предупредил он. Реакция последовала незамедлительно и очень-очень быстро. Лапа недовервольфа в одно мгновение оказалась у него на шее, а пять острейших когтей впились в кожу.

– А когти обыкновенные, – сказал недовервольф. – Ну что, проверим, кто быстрее, а?

– С радостью, ять, – откликнулся господин Тюльпан, сжав в руке какой-то предмет.

– Обычная вилка для барбекю, – фыркнул недовервольф, едва удостоив Тюльпана взглядом.

– А хочешь проверить, как быстро я ее метну? – предложил господин Тюльпан.

Господин Кноп попытался проглотить комок в горле, но это удалось ему лишь наполовину. К мертвякам и умертвиям он никогда всерьез не относился, но сейчас до двери было шагов десять, и с каждым ударом сердца это расстояние увеличивалось.

– Эй-эй… – воззвал он. – Зачем такая суета? К чему так напрягаться? Кстати, приятель, с тобой было бы куда проще разговаривать, если бы ты принял свое нормальное обличье…

– Нет проблем, приятель.

Недовервольф сожмурился и задрожал, впрочем не разжимая когтистой лапы, сомкнувшейся вокруг шеи господина Кнопа. Черты лица его так исказились, сливаясь воедино, что даже господин Кноп, который в другой ситуации не преминул бы насладиться столь захватывающим зрелищем, отвел взгляд.

Который тут же приковала тень на стене. Она, вопреки всем ожиданиям, становилась все больше, особенно в области ушей.

– Еффе вопрофы еффть? – спросил вервольф. Огромные зубы явно мешали ему говорить. А из пасти воняло хуже, чем от костюма господина Тюльпана.

– А… – выдавил господин Кноп, вставая на цыпочки. – Кажется, нас тут не ждали.

– Мне тоже так кажетфя.

Стоящий у стойки господин Тюльпан многозначительно откусил горлышко у бутылки.

И снова зал трактира погрузился в напряженную тишину расчетов. Каждый из присутствовавших пытался определить потенциальные личные прибыли и потери.

Господин Тюльпан треснул себя бутылкой по лбу. И вовсе не для того, чтобы произвести на окружающих какое-то впечатление. Просто у него в руке оказалась бутылка, которая больше не была нужна. Для того чтобы поставить ее на стойку, потребовалось бы приложить некоторые усилия для координации глаз и рук.

Посетители произвели расчеты заново.

– Он челофек? – уточнил вервольф.

– Что есть человек? Всего лишь слово… – уклончиво ответил господин Кноп.

Пальцы ног вновь ощутили приятный вес тела, когда вервольф медленно опустил его на пол.

– Наверное, мы пойдем? – осторожно предложил господин Кноп.

– Наверное, – согласился вервольф.

Господин Тюльпан разбил большую банку с пикулями, или, по крайней мере, с какими-то длинными пупырчатыми и зеленоватыми предметами, и сейчас пытался засунуть один из них себе в ноздрю.

– Разумеется, мы могли бы остаться, если б захотели, – сказал господин Кноп.

– Рафумеетффя. Но ты решил уйти. Как и твой… друг, – откликнулся вервольф.

Господин Кноп попятился к двери.

– Господин Тюльпан, у нас появились другие дела. И в другом месте, – позвал он. – И вытащи из носа этот дурацкий пикуль! Мы ведь профессионалы!

– Это не пикуль, – раздался чей-то голос в темноте.

Когда за их спинами закрылась дверь, господин Кноп даже испытал благодарность – чувство, абсолютно ему несвойственное. Но затем, к своему вящему удивлению, он услышал грохот задвигающихся изнутри засовов.

– Что ж, а могло бы и получиться… – констатировал он, стряхивая с лацканов шерсть.

– А дальше, ять, что? – поинтересовался господин Тюльпан.

– Пора задуматься о плане «Б», – сказал Кноп.

– Будем давать по башке всем подряд, пока кто-нибудь не скажет нам, куда, ять, подевалась эта шавка? – предложил господин Тюльпан.

– Заманчиво, – признал господин Кноп. – Но пусть это будет план «В»…

– Клятье!

Они обернулись.

– Загибай края патоки, я же грю, – бормотал Старикашка Рон, ковыляя по улице с охапкой «Правды» под мышкой и веревкой в руке, на которой он тащил неопределенного вида дворняжку.

Вдруг ему на глаза попалась Новая Контора.

– Харлегарли-юп? – взвыл он. – ЛайарррБнип! Не желаете ли новостной листок, господа?

Господину Кнопу показалось, что последняя фраза, хотя и произнесенная тем же голосом, прозвучала как-то не совсем правильно. Как-то лишне. Кроме того, в отличие от остальных реплик, в ней наличествовал смысл.

– У тебя мелочь есть? – похлопав по карманам, обратился он к господину Тюльпану.

– Ты чё, ять, правда заплатишь? – недоуменно спросил его партнер.

– Всему свое место и время, господин Тюльпан. Место и время. Пожалуйста, господин.

– Десница тысячелетия и моллюск! – воскликнул Рон и добавил: – Премного благодарен, господа.

Господин Кноп развернул «Правду».

– Эта новомодная штуковина… – Он вдруг замолчал и уставился на листок. – «А Ты Видел Эту Собаку?» – прочел господин Кноп. – Вот дерь… – Он посмотрел на Рона. – И много ты таких листков продаешь?

– Соверен за пойло, я же грю. Много. Сотни.

У господина Кнопа снова возникло едва заметное ощущение того, что он слышит не один голос, а два.