Французские колонии в Северной Америке оставались малолюдными. Ведь во Франции традиционным источником всех благ являлся королевский двор. И дворяне, купцы, чиновники тяготели к Парижу. Если и отправлялись в дальние края, то временно, подзаработать и вернуться. В Канаде насчитывалось лишь 2,5 тысячи переселенцев (у англичан — 30 тысяч, у голландцев — 10 тысяч). Правда, французы лучше протестантов умели ладить с индейцами и жили в основном скупкой мехов. Но и конкуренты привлекали на свою сторону индейцев, используя межплеменные распри. Англичане, например, способствовали разжиганию войн между ирокезами и гуронами — которые дружили с французами. А когда такие войны разрушали пушную торговлю, канадцам становилось просто не на что жить. Перепродажей мехов существовала и Новая Швеция в Делавэре. И приток переселенцев сюда также был незначительным — для шведских авантюристов, готовых рискнуть ради наживы, считалось выгоднее идти в армию.
Британские колонии жили самоуправляемыми общинами, часто спаянными сектантскими религиозными узами. Использовали рабский труд. Но невольцики у них были еще не черными, а белыми — пленники гражданской войны, в основном ирландцы. Это считалось нормальным. Ведь рабовладение упоминается в Библии, а значит, по понятиям пуритан, оно было вполне законно. В колониях была введена продажа в рабство за долги, за те или иные проступки. И «демократические» фермеры ничуть не стеснялись морить белых невольников непосильной работой, пороть, а на беглых всей общиной устраивать охоты с собаками.
Голландцы на Гудзоне жили иначе. У них денежные тузы захватывали крупные частные владения. Так, купцу Ван Ренсслеру принадлежало 280 000 гектаров земли и лесов, хотя сам он в Америке никогда не бывал. Но многие приезжали и селились. И, реализуя свой торгашеский комплекс неполноценности перед европейской знатью, устраивались наподобие мини-монархов. Строили частные крепости с гарнизонами из наемников, содержали частные эскадры.
Придумывали себе гербы, окружали себя немыслимой привозной роскошью, огромными штатами слуг, индонезийскими и китайскими рабынями. А среди колонистов, селившихся на их землях, насаждали чисто феодальные порядки — каждый приносил присягу на верность лично сюзерену и считался его вассалом.
В Африке, за исключением голландской Капской колонии, господствовали португальцы. Их владения и базы расположились по всем африканским берегам, буквально опоясав континент. Им удалось взять под свой контроль и ряд местных государств. Так, короли Конго еще в XVI в. приняли крещение и вассалитет от Португалии. И порядки там установились весьма своеобразные. Черные вожди стали графами, герцогами, маркизами, носили португальские наряды, парики, шпаги, посылали детей учиться в Лиссабон, говорили по-португальски, строили европейские дома, а при дворе действовал европейский этикет и на балах танцевали европейские танцы. А подданные жили по прежним традициям и добывали средства для того, чтобы их знать могла вести подобный образ жизни. Но импортные предметы роскоши стоили дорого, денег не хватало… Что ж, португальцы в оплату охотно брали рабов. И для их захвата короли Конго непрестанно воевали с соседями.
Опустошались целые районы, были подорваны торговля и хозяйство собственной страны. Конго восстановило против себя всех соседей, пошли ответные нападения. А португальцы помогали, поставляли оружие. Естественно, тоже за рабов. Конголезская знать попала в замкнутый круг. И для покрытия своих нужд стала продавать в рабство подданных. Что отнюдь не способствовало популярности правителей. Племена выходили из повиновения, примыкали к противникам. На севере возникло государство Соньо. Чтобы получить поддержку против Конго, цари Соньо тоже приняли крещение, и португальцы точно так же, за рабов, стали продавать им оружие. На юге с конголезцами боролись вожди Анголы. И получали помощь тех же португальцев, отдав за это побережье. Тут возникли главные «хранилища» невольников, где они ждали отправки за океан.
Для Конго расплата за «приобщение к цивилизации» была жестокой. Одно за другим следовали вторжения племен яга. Цари Соньо в трех войнах разгромили конголезцев, отобрав у них северные провинции. Да и другим народам «союз» с европейцами вылез боком. Ослабевшую в войнах Анголу и граничившую с ней империю Розви Португалия подчинила совсем. Но когда Лиссабону пришлось бороться с голландцами, этим воспользовалась ангольская царица Анна Зинга-Мбанди-Нгела. Подняла народ и вышвырнула португальцев вон. Она нанесла поражение яга, а затем разбила и короля Конго, отобрав у него юг страны. Изгнали португальцев и из Омана — местные жители восстали и создали независимый султанат.
