– Тебя давно не было, – сказал второй мечник. Он говорил почти извиняющимся тоном, и это разозлило Вихтиха больше, чем насмешки высокого ублюдка. – Никто здесь не слышал о тебе. Ты умрешь. Ты никак не сможешь победить нас обоих. Посмотри на себя. Ты выглядишь ужасно. Я помню, каким красивым ты был, просто само совершенство. А сейчас? Ты же валишься с ног.
«Этот маленький поганец пытается подорвать мою уверенность в себе, – понял Вихтих, едва тот открыл рот. – Он боится!»
– Уже лучше, – сказал Вихтих. Напряжение отпустило его, и даже боль утихла. Он находился на знакомой территории. – Прекрасная попытка посеять семена сомнения.
Он отважился отвесить изящный поклон, молясь, чтобы не рухнуть при этом на землю.
– Но ты сделал ошибку.
Мечник вроде как смутился:
– Неужели?
– Теперь все здесь знают, что ты слышал обо мне, – Вихтих рассмеялся. Это был фальшивый смех, но прозвучал он идеально. Уверенно.
«Я Величайший Мечник в Мире не потому, что искусно обращаюсь с клинками. Вот в чем мне нет равных».
– Теперь все знают, что ты боишься меня, – сказал он. – Все знают, что я вернулся из мертвых, – он скользнул взглядом по толпе. – Зачем же, как не исполнить свое предназначение? Неужели ты так хорош на мечах, что сможешь победить судьбу?
– Да, – ответил тот, обнажая клинок.
И вот уже Вихтиху противостояли двое мужчин с обнаженными мечами.
«Я попадал в переделки в тысячу раз сложнее, чем эта, и каждый раз выходил из них целым и невредимым».
Почему же ему тогда так страшно?
Стиснув левую руку в неуклюжий и уродливый кулак, он по привычке едва не потянулся за вторым мечом. По правде говоря, он носил два меча только потому, что ему нравилось производимое ими впечатление. Нравилось, как симметрично выглядывают рукояти из-за его широких плеч. Второй меч он почти никогда не обнажал.
«А вот сейчас он бы мне чертовски пригодился».
Два мечника двинулись на него. Вихтих отступил, описав круг. Они продолжали наступать, обходя друг друга, и в конце концов обменялись мрачными гримасами. До Вихтиха дошло, что происходит.
«Ни один из них никогда раньше не атаковал на пару с кем-то».
Каждый из мечников хотел убить Вихтиха сам, они путались друг у друга под ногами и мешали друг другу.
Он сменил направление движения и развернулся так, что невысокий мечник оказался между ним и дылдой. Верзила раздраженно рявкнул на него, а Вихтих обрушил безумный шквал ударов и уколов. Низенький мечник отступил и снова врезался в стоявшего позади верзилу. В тот момент, когда он наступил высокому на ногу и отвлекся на это, Вихтих убил его ударом в горло.
Мечник упал, кашляя, булькая кровью в разорванном горле и хватаясь за него, как будто он мог зажать рану пальцами и остановить кровь.
Высокий мечник, не сильно заботясь о судьбе товарища по оружию, отпихнул его в сторону ногой. Он окинул Вихтиха оценивающим взглядом; ни капли страха не было в его глазах.
– Он только мешал мне, – сказал он, надвигаясь на Вихтиха.
– Можешь рассказывать себе что… – Меч противника вонзился в его левое плечо, и Вихтих взрыкнул от боли.
«Дерьмо. Я думал, что он слишком далеко для этого».
Вихтих отступил, окружив себя защитной паутиной сияющей стали. Ему удалось отбить несколько атак, когда он понял, что не сможет взять верх над противником. Благодаря длине своих рук и меча боец всегда будет находиться за пределами досягаемости Вихтиха; ни единого шанса нанести смертельный удар.
– Этот идиот считал тебя великим мечником. Посмотри на себя. У тебя колени дрожат. Ты истекаешь кровью, как зарезанная свинья. Я вижу в твоих глазах ужас.
– Это не ужас, – ответил Вихтих, отбив очередную атаку с большого расстояния. – Это скука.
Он увидел растерянность на лице противника и засмеялся. Большой дурак буквально потерял дар речи. Но это было лишь бравадой. Вчера Вихтиха пытали и искалечили, а последнюю ночь он толком не спал. Он не мог вспомнить, когда последний раз ел. Он быстро устанет. Его рука с мечом уже, казалось, налилась свинцом. Сердце гнало по венам словно бы остывшую густую овсянку.
«Придется рискнуть. Поставить на то, что ты быстрее и лучше, чем этот длиннорукий урод».
Тысячу раз он дрался на мечах, и ни разу не получил и царапины. Сейчас боль билась в плече короткими толчками, кровь стекала по груди.
«Тысячу раз – до сегодняшнего дня», – поправил себя Вихтих.
Какого черта он вообще ввязался в эту дурацкую драку? О чем он думал? Выйти против двух мечников сразу в его состоянии было безумием. Он с трудом дышал. Словно бы толпа вокруг втянула в свои легкие весь имевшийся воздух и задержала дыхание. Вихтих моргнул. Мир вокруг сузился, превратившись в пульсирующий красно-черный туннель.
И снова длиннорукий ублюдок атаковал. И снова Вихтих, спотыкаясь, отступил.
– Бросай меч, – сказал противник. – «Боги, неужели он стал еще выше?» – И я оставлю тебе твою жалкую жизнь.
«Оставит мне…»
Ошеломленный Вихтих на миг даже меч опустил, открыв от изумления рот. Он пошатнулся, едва устояв на ногах. Что это было, жалость? Это тупое чудовище, мозги в башке которого едва проворачиваются, жалеет его?
