В середине 1980-х Тайрон был одним из ключевых объектов в битве между «временными» и частями под прикрытием. Ячейки ИРА в этом районе не дотягивали до Южного Арма по количеству убитых сотрудников сил безопасности, но они смогли провести больше операций, чем те, что были в Лондондерри или Белфасте. Однако боевики ИРА, похоже, не смогли остановить широкое распространение информации среди республиканского сообщества Тайрона, что позволило силам безопасности провести гораздо больше тайных операций в этом районе, чем в Южном Арме.
Тайрон, самый крупный из шести округов, представляет собой неоднородную территорию. Он простирается от Страбейна, на границе Республики на западе, через пустынные вересковые пустоши до холмистых сельскохозяйственных угодий, где графство снова соприкасается с Республикой в Монагане. Некоторые деревни являются исключительно протестантскими, другие - католическими, а в таких городах, как Кукстаун и Данганнон, их примерно поровну.
Инфраструктура ИРА включает в себя группы подразделений активной службы, сгруппированные в определенных частях округа. Вокруг Данганнона, в таких деревнях, как Каппаг, Померой и Коалисленд, есть несколько ПАС, имеющих тесные связи с группами по ту сторону границы в Монагане и Северном Арме. Их также много в центральной части графства, в деревнях на вересковых пустошах, таких как Каррикмор, Гортин, Гринкасл и Эакра. Вокруг Страбейна есть группы, имеющие тесные связи с ИРА в Лондондерри и Донегале в Республике. Эти подразделения активной службы иногда называли себя, соответственно, «Восточный Тайрон», «Средний Тайрон» или «Бригада Западного Тайрона». На самом деле это были отдельные люди, которые командовали группами, каждая из которых иногда состояла всего из трех или четырех человек. Общее число активных «временных» по всему округу составляло, возможно, пятьдесят или шестьдесят человек, а также еще 100 или 200 активистов Шинн Фейн и других высоко мотивированных сторонников.
В своем докладе 1978 года «Будущие тенденции терроризма» Джеймс Гловер отметил слабость среднего звена командования «временных». Те, кто руководил группами ПАС, оказались в сложном положении. Руководство Северного командования ожидало, что оно будет осуществлять контроль над направлением политики и типами атакуемых целей, а командиры ПАС ожидали, что у них будет значительная оперативная свобода. Ситуация осложнялась проблемами координации и коммуникации. Предполагалось, что телефоны прослушиваются, и за известными активистами часто следили.
Но в середине 1980-х руководство в Тайроне преодолело многие из этих трудностей, объединив группы ПАС для проведения сложных атак. Их основными целями были сотрудники сил безопасности во внеслужебное время и отдаленных полицейских участков. ИРА осознала, что сеть небольших участков КПО в сельской местности была уязвима. В сельской местности Тайрона насчитывалось около двадцати четырех полицейских участков, многими из них управляли четверо или пятеро полицейских, причем только в дневное время. Эти здания часто подвергались опасности, поскольку не все они могли быть защищены армейскими патрулями. Минометные и бомбовые обстрелы полицейских участков сопровождались запугиванием подрядчиков, привлеченных для устранения ущерба.
Кампания против полицейских участков в Тайроне достигла своего пика в конце 1985 года. Самой зрелищной операцией стало нападение на полицейский участок Баллиголи. Это была сложная операция, в которой участвовали команды шпиков, группа вооруженных членов и эксперты по изготовлению бомб. ИРА обстреляла участок из огнестрельного оружия. Констебль резерва Уильям Клементс и констебль Джордж Гиллиленд были застрелены у входа в участок. Затем члены ИРА вошли в разрушенное здание, забрав оружие и документы, и заложили бомбу у входа в здание. Она сработала: трое других полицейских, находившихся внутри, сбежали через заднюю дверь.
Теракт в Баллиголи привел в восторг лидеров террористов. Член ИРА, упомянувший об этом в более позднем интервью журналу, сказал: «Это тот тип операций, который мы хотели бы проводить постоянно. К сожалению, в большинстве случаев с этим не так-то просто справиться». Эпизоды, подобные произошедшему в Баллиголи, апеллировали к представлению террористов о себе как о партизанах. Они также предоставили возможность унизить власти. ИРА зачастую утверждала, что трое полицейских сбежали из участка во время нападения.
«Временные» использовали служебный револьвер КПО «Рюгер», снятый с тела констебля резерва Клементса, способом, который, должно быть, нанес дополнительный удар по моральному духу сотрудников полиции. Когда он был обнаружен почти два года спустя, было установлено, что пистолет убитого полицейского был использован для убийства сотрудника ПОО в марте 1986 года, а также строительного подрядчика в Гринкасле, который работал на силы безопасности, бизнесмена из Магерафельта и при двух других покушениях на убийство.
