Джек Беллингэм, как и Лейша, в сентябре должен поступать в колледж. Однако он уже начал самостоятельную карьеру. Если с юридической практикой приходилось повременить до получения диплома, то для инвестиций требовались только деньги. У Джека было немного сбережений, но точный расчет позволил ему превратить 300 долларов, заработанных летом, в 3000, а затем сделать из них 10000. А с подобной суммой уже можно играть на бирже информации. Несовершеннолетний Джек все сделки оформлял на имя Кевина Бейкера, самого старшего из Неспящих, который жил в Остине. Джек рассказывал Лейше:
— Когда я получил 84 процента прибыли два квартала подряд, информационные аналитики выследили меня. Впрочем, работа у них такая, даже если сумма пустяковая. Их больше волнует схема. Интересно, если они удосужатся сверить банки данных и узнают, что Кевин — Неспящий, попытаются ли они как-то помешать нам?
— Безумная мысль, — покачала Лейша.
— Не скажи, — возразила Жанин. — Ты их не знаешь, Лейша.
— Ты хочешь сказать, что я папенькина дочка? — спросила Лейша. Никто не поморщился — здесь было принято высказываться без обиняков.
— Да, — сказала Жанин. — Я слышала, твой отец замечательный человек. И воспитал тебя в убеждении, что инициативу нельзя сковывать. Господи, он же иагаис. Мы рады за тебя. — В ее голосе не было сарказма. Лейша кивнула. — Но окружающий мир не столь добрый. Нас ненавидят.
— Не сгущай краски, — заметила Кэрол.
— Ну, может быть, — согласилась Жанин. — Но они не такие, как мы. Мы лучше, и, естественно, нам не могут этого простить.
— Что здесь естественного, — удивился Тони. — Гораздо логичнее восхищаться нами. Мы же не завидуем Кенцо Иагаи? Или Нельсону Уэйду или Екатерине Радуски?
— Мы не завидуем именно потому, что мы из другого теста, — подвел итог Ричард. — Что и требовалось доказать.
— Давайте создадим собственное общество, — предложил Тони. — Кто позволил ограничивать наши честные, природные достижения? Почему Жанин не допускают к соревнованиям с ними, а Джек не допущен к инвестициям на равных условиях только потому, что мы — Неспящие? Среди них тоже хватает одаренных. Ну а у нас большая сила воли, лучшая биохимическая устойчивость и уйма времени. Все люди созданы разными.
— Будь справедливым, Джек, официально еще никому ничего не запретили, — заметила Жанин.
— Подождите, — Лейшу очень встревожил этот разговор. — Да, мы во многом лучше них. Но ты вырываешь цитату из контекста, Тони. В Декларации Независимости не сказано, что способности у людей одинаковы. Она подразумевает, что все равны перед законом. У нас не больше прав на отделение или на свободу от ограничений, чем у любого другого. Нет иного способа продавать свои усилия, кроме как при наличии права на составление контрактов.
— Слова подлинного иагаиста. — Ричард сжал ее руку.
— Хватит с меня интеллектуальных заморочек, — засмеялась Кэрол. — Мы уже несколько часов ломаем копья. Мы же на пляже, побойтесь Бога. Ну, кто со мной в воду?
— Я, — отозвалась Жанин. — Пошли, Джек.
Все вскочили, отряхивая песок с купальников, побросали куда попало солнечные очки. Ричард помог Лейше подняться. Но когда они почти уже вбежали в воду, Тони положил ладошку ей на плечо.
— Еще один вопрос, Лейша. Если мы способны добиться большего, нежели средний человек, и если мы торгуем со Спящими на взаимовыгодных условиях, не делая различий между сильными и слабыми, тогда какие у нас обязательства перед теми, кто настолько слаб, что не может тягаться с нами? В любом случае мы отдадим больше, чем получим; обязаны ли мы превращаться в альтруистов? Должны ли мы заботиться о калеках, больных, беспомощных и лентяях, отдавая им результаты своего труда?
— А Спящие обязаны? — возразила Лейша.
— Кенцо Иагаи ответил бы отрицательно. Он — Спящий.
— Он сказал бы, что они получат выгоду от контрактной торговли, даже не участвуя напрямую в сделке. Весь мир лучше питается и стал здоровее благодаря И-энергии.
— Идите сюда! — закричала Жанин. — Лейша, они меня топят! Джек, прекрати! Лейша, на помощь!
Лейша рассмеялась. Помогая Жанин, она вдруг поймала на себе взгляды Ричарда и Тони. Во взгляде Ричарда читалось откровенное желание, Тони же был сердит. Странно. Чем же она обидела юношу?
Но тут Джек поднял целый фонтан брызг, Кэрол опрокинула Джека в теплые волны, а смеющийся Ричард крепко обхватил ее руками.
Когда Лейша протерла глаза, Тони уже не было.
Полночь.
— Ладно, — сказала Кэрол. — Кто первый?
Шестеро подростков, собравшихся на полянке среди зарослей куманики, посмотрели друг на друга. Свет И-лампы бросал причудливые тени на их лица и голые ноги. Густые и темные деревья Роджера Кэмдена словно стеной отгораживали их от ближних строений. Было жарко. Августовский воздух висел плотной, тяжелой пеленой. Они проголосовали против того, чтобы захватить с собой И-поле для кондиционирования, — ведь их ждал возврат к примитивной, полной опасностей жизни!
Пять пар глаз уставились на стакан в руке Кэрол.
— Ну, — спросила она. — Кто хочет выпить? — Ее беспечный голос звучал театрально. — Не так-то просто было раздобыть это.
