В голове Лейши звучал голос Кенцо Иагаи: «Собака лает, а караван идет». Она взглянула на опустевшую лестницу и сказала:
— Алиса, эта завивка и впрямь тебе очень идет.
— Я хочу познакомиться с остальными, — сказала Лейша. — Почему ты так долго держал меня в неведении?
— Ты ошибаешься, — ответил Кэмден. — Не предлагать вовсе не значит не позволять. Ты же сама о них не спрашивала?
Лейша взглянула на него. Ей исполнилось пятнадцать, она заканчивала школу Саули.
— Почему же ты молчал?
— А что я должен был сделать?
— Не знаю, — сказала Лейша, — но ты дал мне все остальное.
— В том числе свободу просить то, что ты хочешь.
— Я не просила у тебя многое из того, что ты делал для меня, потому что я слишком мало знала. Но ты никогда не предлагал мне встретиться с другими неспящими мутантами…
— Не употребляй этого слова, — резко оборвал ее Кэмден.
— …значит, одно из двух: или ты думал, что это несущественно для меня, или у тебя была другая причина не желать нашей встречи.
— Ошибаешься, — ответил Кэмден. — Есть и третья: я считаю, что в данном вопросе тебе гораздо полезнее, если инициатива будет исходить от тебя.
— Хорошо, — с вызовом сказала девушка и расправила плечи. — Сколько существует Неспящих, кто они и где находятся?
— Судя по тому, что ты применяешь термин «Неспящие», значит, уже читала о них кое-что, — заметил Кэмден. — Следовательно, ты уже знаешь, что пока вас 1082 человека в Соединенных Штатах, есть и за рубежом, в крупных городах. Семьдесят девять человек живут в Чикаго. Только девятнадцать старше тебя.
Кэмден, сидевший в своем рабочем кресле, подался вперед, чтобы получше рассмотреть дочь. Наверно, ему нужны очки, подумала Лейша. Его волосы уже совсем седые, редкие и жесткие, как щетина старой швабры. Газета «Уолл-стрит джорнэл» напечатала его имя в списке ста самых богатых американцев; газета «Вименз Вэар дейли» писала, что он единственный миллиардер в стране, который не посещает дипломатических приемов, благотворительных балов и не ищет дружбы министров. Реактивный самолет Кэмдена переносил его с одной деловой встречи на другую и почти никуда больше. Год от года он становился все состоятельнее, все рассудочнее и вел все более уединенную жизнь. Лейша почувствовала прилив прежней нежности к отцу.
Она боком уселась в кожаное кресло, свесив через подлокотник длинные стройные ноги.
— Ну, тогда я бы хотела познакомиться с Ричардом Келлером.
Юноша жил в Чикаго и из прошедших бета-тест Неспящих был ближе всех к ней по возрасту. Ему исполнилось восемнадцать.
— Можешь не спрашивать меня, а просто поехать.
Лейше послышались нетерпеливые нотки. Отцу нравилось, когда она сама разбиралась в чем-то и только потом сообщала ему.
Лейша рассмеялась:
— Знаешь что, папа? Ты предсказуем.
Кэмден тоже рассмеялся. Они все еще веселились, когда в кабинет вошла Сьюзан.
— Он, безусловно, непредсказуем. Роджер, как насчет этого совещания в Буэнос — Айресе в четверг? — Не дождавшись ответа, она переспросила пронзительным голосом: — Роджер?! Я с тобой разговариваю!
Лейша отвела взгляд. Два года назад Сьюзан окончательно бросила генетику, чтобы вести дом Кэмдена и следить за его расписанием; до этого она изо всех сил пыталась заниматься и тем, и другим. С тех пор как Сьюзан оставила Биотехнический институт, она, как казалось девушке, сильно изменилась. В голосе то и дело слышалось раздражение. Она настаивала, чтобы прислуга подчинялась ей беспрекословно. Русые косы сменили застывшие, тщательно уложенные платиновые волны.
— Оно состоится, — сказал Кэмден.
— Ну спасибо, что ответил. Я еду?
— Если хочешь.
— Хочу.
Сьюзан вышла из кабинета. Лейша встала и потянулась, поднявшись на цыпочки. Так чудесно чувствовать потоки льющегося из широких окон солнечного света. Отец смотрел на нее с каким-то странным выражением.
— Лейша…
— Что?
— Навести Келлера. Но будь осторожна.
— Почему?
Но Кэмден не захотел ответить.
Голос в трубке звучал настороженно.
— Лейша Кэмден? Да, я знаю, кто ты. В три часа в четверг?
Особняк в колониальном стиле, выстроенный лет тридцать назад на тихой пригородной улице, выглядел весьма скромно. Только на нескольких крышах виднелись ячейки батарей И-энергии.
— Входи, — пригласил Ричард Келлер.
Он был не выше ее, коренастый, кожа густо усыпана угрями. Видимо, никаких генетических изменений, кроме сна, родители не заказали, подумала Лейша. У него были густые черные волосы, низкий лоб и кустистые черные брови. Прежде чем закрыть дверь, он внимательно посмотрел на машину девушки с шофером, припаркованную у дорожки рядом со ржавым десятискоростным велосипедом.
— Я еще не умею водить, — пояснила она. — Мне только пятнадцать лет.
— Научиться легко, — заметил Ричард. — Итак, зачем пожаловала?
Лейше понравилась его прямота.
— Чтобы познакомиться с кем-нибудь из Неспящих.
— Разве ты еще ни с кем не знакома? Ни с одним из нас?
— А ты хочешь сказать, что вы все знакомы между собой? — Этого она не ожидала.
— Пойдем, Лейша.
