Некоторые деревья оголились, другие же будто собрались на бал, так много на них было разноцветных, ярких листков, которые инородно и празднично подсвечивали окружающую действительность. Дженни подбивала листья ногами, вслушивалась в их приятный и мягкий шелест.
Ей хотелось взять Тэхёна за руку. Но она уже и так за этот день столько натворила, столько смелых шагов сделала, что больше не выдержала бы. Она была довольна тем, что есть, и стеснялась просить большего.
Дженни нравилось их отражения в витринах магазинов. Парень и девушка. Быстро шагающие, будто куда-то спешащие, сосредоточенные, но в то же время абсолютно точно наслаждающиеся каждой секундой этого променада.
– Почему мы бежим? – Спросил Тэхён, когда она в третий раз споткнулась о незаметный бордюр.
– Не знаю, привыкла быстро ходить, – Дженни улыбнулась.
Она и правда была не из тех, кто наслаждается прогулками, она постоянно куда-то бежала, опаздывала, и мир ей заглушала музыка из наушников.
В тот день всё было иначе.
Она вдыхала запах прелых, неубранных листьев, дрожжевого теста и кофе. Кожей ощущала порывы холодного и колючего ветра, капли дождя. Разглядывала украшенный к Хэллоуину город, ловила захваченные порывами воздуха красно-жёлтые листочки.
Рядом с ней был человек, которому об этой красоте, о собственном переживании открытия мира, хотелось рассказать. Но она почему-то была уверена, что и он впервые за многие годы вот так бесцельно бродит по улице. Может быть, это была её фантазия, но Дженни искренне хотелось в это верить.
– Ты так расшибёшься, – Тэхён сам взял её за руку. Крепко сжал в своих тёплых пальцах её холодные, и у Дженни закружилась голова от восторга и удовольствия.
Дженни загляделась на витрину, за которой крутились стойки с прекрасного вида сладостями. Пирожные, эклеры и корзиночки, такие яркие, будто бы не настоящие, а нарисованные талантливым мультипликатором, заворожили её. Она затормозила. Тэхён остановился тоже, проследил за её восторженным взглядом.
– Хочешь зайдём?
– А мы можем? – Дженни вела себя как маленькая, но её это не волновало. Она привстала на носочки, заулыбалась, совсем не заботясь о том, что, когда делала это искренне, лицо теряло всю свою привлекательность, и из холодного и загадочного становилось до обидного обыденным.
– Почему нет? – Он пожал плечами и первый двинулся к гостеприимно распахнутым дверям кофейни.
Внутри помещения было тепло и сильно пахло ванилью. Дженни направилась к прилавку, намереваясь быстренько взять с собой какое-нибудь маленькое пирожное, чтобы было удобно съесть его на ходу. Пробежавшись глазами по мудрёным названиям, в конце концов она остановила свой выбор на очаровательной корзинке из песочного теста, наполненной фруктами и заварным кремом. Дженни оглянулась, чтобы уточнить у Тэхёна, не хочет ли он тоже чего-нибудь. Он как раз повесил своё пальто на спинку стула у столика в дальнем углу зала.
Дженни не могла поверить своим глазам. Он хотел посидеть с ней в кафе? Будто у них настоящее свидание?
Это действительно было похоже на свидание.
Достав из своего рюкзака кошелёк, Тэхён направился к ней, уточнил, что именно она хочет.
– Это всё? Только одно что ли? Выглядит тут вроде всё прилично, – он покачал головой и легонько отодвинул Дженни от места, где можно было сделать заказ.
Он заказал приглянувшееся ей пирожное и какой-то сет, предложенный милой женщиной в клетчатом переднике, которая и была владелицей кафе. Они с Тэхёном поболтали о кофейных зёрнах, он взял какой-то редкий кофе себе и горячий шоколад Дженни.
– Ты запомнил, что я не пью кофе? – Она не могла сдержать удивления.
– Это было не сложно, – Тэхён вручил ей в руки небольшой алюминиевый поднос со сладостями, а сам забрал напитки. – На память вроде не жалуюсь.
Дженни маленькими глоточками пила божественный горячий шоколад, очень пряный и терпкий, оставляя на белой кружке следы помады. Она попробовала каждое из пирожных, и целиком съела три штуки, а Тэхён доел остальные. В том, как он сделал это, совсем, кажется, не задумываясь о брезгливости, было особенное очарование парочек, которые уже давно и счастливы вместе. Дженни была очарована этими мгновениями.
Они обсуждали «Рому» – фильм, который в два захода посмотрели на лекции по искусству, и Дженни отстаивала красоту и символику чёрно-белого кадра, в то время как Тэхён абсолютно не понимал, зачем возвращаться к прошлому и насиловать глаза зрителей, привыкших к яркой картинке.
– Тебе не кажется, что иногда, сосредотачиваясь на цвете, можно упустить суть?
– Если сценарист талантливый, как бы ты не хотел, никакую суть не упустил бы. А это просто бессмысленная ностальгия о выдуманном прошлом.
– Там красота, – Дженни улыбнулась. Она в последнее время практически не смотрела фильмы, хотя в подростковом возрасте даже покупала подписки на авторитетные журналы о кино и искренне считала себя заслуженным синефилом.
