«Если ты выходишь на улицу, – ни с того, ни с сего подумал я, – и без внешних причин убиваешь первого попавшегося человека, а потом спокойно, не суетясь, уходишь – никто тебя не найдет…», – и погнал от себя эти мысли.
Появление на работе было чем-то вроде возвращения в родную скорлупу. Настроение сразу стало подниматься как на дрожжах. Мертвые души постепенно таяли в запахе утреннего кофе. Навстречу вылетел неутомимый Эзра:
* Привет краснокожим! Послушайте, милочка, как это Вы себе понимаете, – будем мы делать эту самую серию и дальше? Или что?
*
Мы себе думаем, – непроизвольно скопировал я, – эта самая серия делает ноги, – и спохватился. – Поживем – увидим, Эзра Давидович.
* Спасибо на добром словечке. Шеф у себя, – высказался собеседник, сразу перестав разыгрывать местечковость.
* К нему и стремлюсь.
* Вот, дружек, и стремитесь, – шепнул старик на ухо, пропуская в знакомую дверь.
*
Говно и жопа! Говно и жопа! Говно и … – тараторила госпожа Пиневская.
* Ничего себе лексикончик! – Я улыбнулся. – Кто это так растревожил вельможную пани?
* Шеф!.. Никто!.. А тебе какое дело? – Она зыркнула на меня почти с ненавистью, но в глазах стояли слезы.
Приготовленная роза легла к ней на стол. В сущности, она хорошая и в профа влюблена по уши. А он знает это и использует ее по назначению. Но замуж ни за что не возьмет. Примерный семьянин! И в связях, порочащих его, не замечен. «Сам-то – моралист нашелся!» Для нее потерять шефа – это потерять все – авария, сравнимая разве что с выпадением прямой кишки.
С этими мыслями я и выплыл на светлые очи, прямо как из-за острова на стрежень. Профессор сидел чернее тучи. По всем раскладам предшествующая сцена была по-настоящему кровавой. Явление меня в качестве посетителя розовых тонов в его настроение не внесло. Но причин прекращать солнечно улыбаться, в сущности, не вырисовывалось. Мне-то что? И она – эта улыбка сияла на моем лице всеми оттенками смысла.
Помнится, царь Петр еще указывать изволил: «Подчиненный должен вид иметь лихой и придурковатый, дабы своим разумением начальства не смущать». Я соответствовал:
* Здравствуйте, Дмитрий Андреевич!
* Привет, привет. Присаживайтесь. Как отдых?
* Все замечательно! Если позволите – на несколько минут? Да? Я обдумал все сказанное Вами две недели назад. И абсолютно согласен со всеми доводами. Чем, Вы считаете, мне надо будет заняться?
* Да, да. Неплохо. – Он помолчал. – Возьмитесь за то, что начала разрабатывать Екатерина Ивановна. И Вы ей поможете. И она Вам. Для аспирантки такая проблема пока тяжеловата. Это уже для вашей квалификации. Желаю успеха.
* Последний вопрос. У меня перед защитой накопился кой-какой неопубликованный материал. Я собрал его в таблицы и попробовал сделать несколько обобщений. Мне бы хотелось, чтобы Вы хоть мельком взглянули на это.
* Давайте, прямо сейчас. – Шеф даже обрадовался возможности чем-нибудь занять мозги. Он взял папку и начал ее перелистывать. А я следил за тем, как меняется выражение его лица. Времени было предостаточно. На второй минуте он уже увлекся и в течение четверти часа не произносил ни слова. Я пялился в потолок. Все мои прежние оценки гроша ломаного не стоили. Шеф – это шеф! Для него существовало только понятие «научно» или «не научно». Это было даже выше, чем: «справедливо или нет». «Скорпион имеет только собственное мнение», – эта глупость попалась мне как-то в лекбезовском учебнике по астрологии. А чье же еще? Но в принципе понятно. Уж если он чего решит! Так ведь для этого и готовят аргументы.
* Знаете, Сережа, – произнес он, наконец, – уж очень легко Вам все дается. Похоже, Вы и не делали еще даже попытки, по-настоящему напрячь свои мозги. Так чтоб до предела. Гибкий ум и хватка – чего еще надо? А в итоге все оборачивается эффектным скольжением по поверхности. Да-с. Но сейчас это как раз и пригодилось. Закономерности схвачены очень удачно. Но над материалом нужно работать и работать.
* Но как же Катя? – перехватил я его мысль.
* Кто?
* Мне ведь с Екатериной Ивановной теперь сотрудничать предстоит.
* Сделаете две серии – не меньше. Потом и поговорим. Вопросы есть? – И он позволил себе улыбнуться.
* Спасибо. – Других слов не нашлось.
* Теперь, похоже, мы с Вами все обсудили. Попросите, пожалуйста, Надежду Андреевну принести мне кофе. Всего доброго. – И я отбыл.
Пнув дверь в общую комнату, ваш покорный слуга счел нужным поздороваться:
* Общий привет! – Катя улыбнулась в ответ одними глазами.
* Привет, господин отдыхающий, – парировал Константин. –Выглядишь классно. Вот только, куда девалась твоя отдохнутость.
Тут Катерина все-таки не выдержала и прыснула в кулак. Марина с Татьяной не очень поняли, в чем дело, но тоже захихикали.
* Что за гогот, – отнес Костя все на свой счет. – Ладно. Какие наши планы?
* Есть ли у нас план, мистер Фикс? Да вот, ставят к Екатерине Ивановне пристяжным. Только чуть попозже. Вначале их сиятельство велели кое-что доделать.
* Ты это серьезно? – вытаращила глазищи Катя.
* Про что?
* Про пристяжного. – Тут уже Костик заржал во весь голос.
