– Тогда дай клятву, и я наделю тебя даром к магии.
– Но… Это же невозможно…
– Много ты знаешь о моем народе? Это невозможно для людей, да и то, думаю, есть исключения. Решай быстрее, я не собираюсь тебя уговаривать.
Мальчик-раб больше не сомневался ни единого мгновения. Он скороговоркой повторил текст клятвы. В конце концов, что ему терять?
– Дай руку, – произнес архан, протягивая сквозь прутья свою чешуйчатую конечность.
Мальчик с опаской вложил руку в необычно гладкую и теплую на ощупь ладонь Зиргрина. Раб даже глазом не успел моргнуть, как острый коготь вспорол ему ладонь. В следующее мгновение ему показалось, что через порез в него проникает нечто живое и чуждое. Это нечто вошло в кровь и стало распространяться по телу.
– Сейчас, наверное, будет больно, – предупредил он, мощным импульсом рассеивая в теле ребенка оставшуюся от самоуничтожения духов магическую энергию.
Боль действительно была ужасающей. И не только для тут же вновь потерявшего сознание раба, но и для Зиргрина. Он болезненно согнулся, падая на дно своего каменного мешка. Облепившие его ядовитые жуки с остервенением принялись драться за его выступившую через поры кровь.
Сознание парня плавало на границе с явью. И это происходило только потому, что осколки его души приняли на себя основной ментальный удар. Кого другого такой эксперимент мог и убить!
– Пиздец, – выдал он, пытаясь отделаться от плавающих в глазах кругов. – Чтоб я еще когда-нибудь… Эй, малой, ты там жив?
Тишина была ему ответом, но подконтрольные духи исправно сигнализировали о том, что мальчик жив. Сработало или нет – в духовном плане было не увидеть, так как эксперимент сильно всколыхнул духовные слои и обзор стал практически нулевым. Часа через полтора Зиргрин окончательно восстановился, хотя все еще чувствовал болезненные спазмы поврежденной души. Со стороны мальчика послышался мучительный стон.
– Ну ты там как?
– Все боли-ит, – хрипло отозвался раб.
– Руку проверь, полоска есть? – Снова возникла тишина. Медленно текли мгновения, сменяя друг друга, а мальчик продолжал молчать. – Ну?!
– Д-да. Да, господин! Есть полоска! Я… Я больше не буду рабом? Неужели…
– Иди к своему начальнику, или кто там у тебя, пусть снимает ошейник. Если будет спрашивать, говори, что упал в жуков, от чего проснулся дар. Ведь, если не вдаваться в подробности, то так оно и было. Не упади ты ко мне в яму – остался бы рабом на всю жизнь.
– Д-да. Господин… Я не знаю, как благодарить…
– Уходи, ты мне мешаешь. Хочешь отблагодарить – стань тенью и выпустись из «клетки». Иначе получится, что я зря едва кишки не выплюнул, помогая тебе.
Показывая, что разговор окончен, Зиргрин вновь с головой погрузился в жуков и сел, прижавшись спиной к холодной скале – так не кусали хотя бы ее. Умение терпеть – качество хорошее, но все же приятного в этом месте было очень мало.
– А ведь все-таки… У меня же получилось!
— Зург, ты как?! — обеспокоенный Липучка бросил занятия с наставником и подскочил к бледному и слегка качающемуся Зиргрину.
Что ни говори, а две недели без воды на диете из отвратительных на вкус жуков дали заметную трещину в здоровье архана. Голод, который под конец не утоляли даже эти вечно кусающиеся твари, буквально выворачивал кишки наизнанку.
— Не подходи близко, я голоден, — тихо произнес парень, взглядом останавливая друга.
Липучка застыл на полушаге, не решаясь лишний раз пошевелиться. О том, что бывает с его чешуйчатым напарником во время приступов голода, он был очень даже наслышан.
Зиргрин, тем временем, пройдя мимо молчаливо наблюдавшего за ним наставника, добрался до бочки с питьевой водой, которую ученики сами носили из отдаленной реки. Инструктор терпеливо дождался, когда архан утолит жажду.
— Удивительно, что ты выжил там две недели. Людям почти никогда больше трех дней не назначают. Ты готов вернуться к обучению?
— Старший, – Зиргрин взглянул на полностью затянутого в черный костюм наставника. — Я прошу разрешения отлучиться на охоту. Из-за сильного голода я могу потерять над собой контроль.
— Да, я слышал от Терна, твоего первого наставника. Ступай. У тебя не более часа на все.
– Мне хватит.
Приободрившийся архан призраком скользнул в лес, растворяясь в нем. Даже наставник не смог разобрать того момента, когда перестал его ощущать. Казалось, связь с лесом была в крови полузмея, в чем проявлялось смутное сходство с эльфами. Вот только если эльфы жили в лесу, как его часть, словно сливаясь с растущими деревьями, травами и кустарниками, то поведение архана было иным. Он не сливался с лесом, а укрывался в нем, жил, как живут хищные звери, истинные хозяева всего, что их окружает. Каждое его движение доминировало над лесом, а лес охотно принимал его подавление, он подчинялся и подстраивался. Если сравнивать эти две расы, то эльфы походили на беззаботных птиц, живущих лесом и теми дарами, что он им предлагал. Зиргрин же был подобен тигру, становящемуся хозяином везде, где появлялся. Покачав головой таким своим мыслям, наставник вернулся к Липучке и его прерванному занятию.
