– Это оно, поверь. – Барон придвинулся ко мне вплотную, его глаза, состоящие из тьмы, впились в мои. – Я готов открыть тебе путь туда, куда надо, но за это ты возьмешь меня с собой, в то место, которое укажет путеводная звезда. Идет, белый братец?
Да и хрен с ними, с другими игроками, – подумалось мне. Один такой Сэмади сотни игроков стоит как боец и столько же – как маг. Другой разговор, что, протягивая тебе кончик мизинца, он норовит твою же башку откусить – но тут ничего не поделаешь, это неизбежная плата за его услуги.
Тем не менее – я согласен. Мне после возвращения богов в игре не бывать, а остальное не суть важно.
– По рукам, – я протянул ему свою ладонь. – Договорились. С меня чего для заклинания надо – ингредиенты там, что-то еще?
– Не бери в голову, – Барон явно о чем-то уже думал и что-то прикидывал. – Когда ты планируешь отправиться в путь?
– Не знаю даже, – вздохнул я. – Дел очень много. Завтра вот к твоей родне идти, потом еще навалилось много чего.
– Какой родне? – неимоверно удивился Сэмади. – Куда?
– Да вот, в Последнее становище пойду, к великому мертвому годи Оэсу, – пояснил я. – Через какие-то Врата Забвения.
– Через Врата Забвения? – Сэмади был очень серьезен. – Ох, нехорошее это дело, братец. Какая нелегкая тебе туда тащит?
– Надо, – объяснил ему я. – Предмет надо один найти, секиру. Без него – никак.
– Я там тебе не помощник, – досадливо произнес Сэмади. – Плохо. Ладно, запомни самое главное – никому и ни при каких условиях не называй там свое имя. Что бы кто тебе ни говорил, как бы ни стращал, что бы ни обещал – не называй свое имя. И не давай ни капли крови, это еще хуже, чем имя назвать.
– Почему?
– Врата Забвения назвали именно так неспроста, – Сэмади помахал указательным пальцем у моего носа. – Назови свое имя мертвому или дай ему каплю своей крови – и ты поменяешься с ним судьбой, забыв все, что знал и помнил. Тот, кто присвоит твое имя, сможет выйти на землю, а ты займешь его место. Обладатель же твоей крови получит власть над тобой, и это будет для тебя хуже любого рабства.
Вот же гадский годи! Или… Или таков его план?
– Так что давай – зашел туда, узнал, что надо, и вышел обратно, – командным тоном произнес Барон. – И вот еще – ничего там не бойся, пока у них нет власти над тобой – тебе бояться нечего. Может быть страшно и даже очень – но у них нет власти над тобой, пока ты сам им ее не дашь, понятно?
– А ты говорил – подарка нет, – пошутил я хмуро. – Ты мне сейчас жизнь спас, я бы имя точно брякнул, не подумавши.
– Покажешь потом мне того, кто тебя в это втравил, – деловито попросил Сэмади. – Нам будет, о чем с ним поговорить.
Он повертел в руках трость, явно о чем-то раздумывая, и ни с того ни с сего начал рыться по карманам.
– Потерял чего? – полюбопытствовал я, глядя на сосредоточенное лицо-череп.
– Да погоди ты, – отозвался Сэмади. – А, вот он.
В его руке я увидел замусоленный финик, правда, весьма изрядного размера.
– На, – протянул его мне Барон. – Если что-то пойдет совсем наперекосяк – съешь его. Но только в этом случае, без особой нужды даже не думай его схарчить. Обратно потом вернешь.
– А какой случай подходящим считается? – я повертел в руках экзотический… Плод? Ягоду? Финик, это вообще – что? Я не знаю. – Как определить, что дело швах?
– Определишь, если не совсем дурак, – без малейшего стеснения сказал Сэмади. – А коли дурак и сгинешь в тех местах – так и не жалко тебя будет. Финик будет жалко – а тебя нет.
– Так уж и так? – насмешливо спросил у явно лукавящего Барона я.
– Да нет, – вздохнул тот. – Придется идти тебя выручать, ломиться, понимаешь, через сто закрытых дверей. Поэтому не дури, и поменьше раздолбайства. Есть у тебя такая черта – все на самотек пускать. Будь умнее, будь осмотрительней, меньше говори – больше слушай. И действуй сразу, не жди, пока тебя в угол, как крысу, зажмут.
Дожил. Повелитель мертвых меня учит, как жить среди живых, используя знакомые мне до боли слова моих собственных родителей. Нет, положительно все встало раком – и тут, и там…
– Ладно, вот еще что сделаем, – Барон цапнул мою руку и провел своей ладонью над перстнем, который он мне когда-то и подарил.
Тусклые глаза черепа на нем на секунду вспыхнули алым и снова погасли.
– Следи за перстнем, – сказал Барон. – Он, если что, поможет тебе – подскажет, предупредит. Хотя… Кому я все объясняю? Человеку, который, ввязавшись в войну, сотрудничает со своим же врагом?
