В целом Южно-Уссурийский край стал важнейшим миссионерским центром распространения Православия на юге Дальнего Востока, в северо-восточном Китае (Маньчжурии) и среди корейцев.
Заселение Южно-Уссурийского края началось в сравнительно недавнее время и продолжается до сего дня. В частности, корейцы не более полувека назад начали оседать на территории Приморской области. Но было бы совершенно ошибочным думать, что этот край и до занятия его русскими представлял собой издревле пустынные пространства, лишенные деятельности человека. Нет, по историческим и археологическим данным достоверно известно, что названная область в давно минувшие времена служила ареною деятельности исчезнувших племен, которые воевали друг с другом, сменяли друг друга и достигали разнообразного строя жизни, начиная с племен людей пещерных, не знавших употребления огня, и кончая теми, которые достигли в свое время значительной степени культуры – таковы, например, когуре.
Остатки древних укреплений, поселений, дорог рассеяны во многих местах Южно-Уссурийского края и, в особенности, по рекам Суйфуну, Даубихэ, Лефу, Сучану и др., а также в Посьетском участке, например, на полуострове Бодиско, в верховьях Монгугая, близ бухты Славянки, между рек Яньчу и Кизинь, близ с. Заречья.
По сведениям китайских и японских летописей, правда, очень скудных и сбивчивых, известно, что уже во времена Ханьской младшей династии (25 – 22 вв. до Р.Х.), на юге Посьетского участка, главным же образом в верховьях пограничной реки Амноккан, обитало племя когуре (по-китайски гао-гюй-ли), родственное фугой (или пую), жившему между средним течением Сунгари и Чанбошанем.
Когуре были по преимуществу скотоводы, любили музыку, богатые, шитые золотом платья, имели свою литературу.
По своим обычаям и приемам они очень напоминали, как и их сородичи фугой, древних японцев. В VII в. когуре прекратило свое существование: владения его в количестве 176 городов были поглощены Китаем.
Из китайской летописи «Шэн-у-цзи» мы узнаем, что по р. Амноккануже и на морских островах жило племя варга, а около оз. Ханки – чжурчжени, которые особенно усилились в XI в., заняв территорию Бохайского царства, имевшего место в VIII в. в пределах Северной Кореи и Южно-Уссурийского края. Само Бохайское царство просуществовало недолго, около столетия, перейдя еще ранее владычества чжурчженей в руки государства киданей в IX в. Все же имя «Бохай» многим более известно, чем наименования других исчезнувших с лица земли властителей нынешней Приморской области, ибо она и доселе называется некоторыми в шутку Бохайским царством. Как показывают исторические памятники (монеты, каменные плиты и пр.), в XII в. и позднее в Уссурийском крае обитали также племена или родственные китайцам, или же находившиеся под их сильным культурным влиянием.
Эти же памятники устанавливают тот интересный факт, что корейцы во время своего переселения в наш край вовсе не были для него новичками, но, судя по старинным корейским монетам и найденному в области сошнику корейского типа[195], можно с достоверностью предполагать, что народ этот в давно минувшие дни имел у нас свои земледельческие поселения.
Почему корейцы стали переселяться к нам в самую последнюю пору, в начале 60-х годов (XIX в.), относительно этого существуют довольно определенные и единогласные мнения, ибо и самое переселение совершилось на глазах уссурийских старожилов. Именно, на передвижение к нам корейцев повлияла совокупность следующих факторов:
1) В 60-х годах в соседней к России Хамгенской[196] провинции стали повторяться периодические недороды хлебов, что сильно отражалось на благосостоянии народа-хлебопашца. В 1864 г. постоянные сильные дожди не дали созреть хлебу, а ранние морозы окончательно погубили его и создали для корейцев поистине отчаянное положение.
2) В своем правительстве корейцы не находили ни поддержки, ни облегчения, наоборот, при обременительности разных налогов население сильно страдало от хищничества, произвола и бессердечия чиновничества, которое в известной мере являлось основным бедствием корейского народа.
3) Соседняя к Корее русская территория фактически никем не охранялась, была плодородна и, как справедливо говорит прот. Мичурин, корейцы «смотрели на Посьетский участок как на собственную землю».
4) Английский писатель Гриффис в своей книге «Корея – отшельническая страна» еще указывает на жестокие гонения на христиан в 60-70-х годах как на причину, заставлявшую население, при отсутствии сколько-нибудь сносного, справедливого суда, бежать куда глаза глядят, и в особенности на русскую территорию.