Дело в том, что Евангелие содержит христианскую социальную заповедь – заповедь о жизни христиан в рамках общинной жизни с общей собственностью. Выше опубликована моя статья «Два богословия», где в 1-й части[62] на материале хорошо известных евангельских текстов (а также «Деяний апостольских») подробно доказывается, что такая заповедь действительно содержится в Новом Завете. Эту заметку надо рассматривать, как краткий пересказ 2-й части[63].
Необходимо подчеркнуть, что это именно заповедь Христова. А заповеди Христа надо выполнять – этим и отличаются христиане от других людей. Подлежит исполнению христианами и социальная заповедь, хотя многим кажется, что она неисполнима. Замечу в скобках, что Господь неисполнимых заповедей не дает, хотя для падшего человечества они оказываются сложными. Это в полной мере относится и к данной заповеди. Время этой социальной заповеди подошло уже после Вознесения и Пятидесятницы, когда апостолы, верные ученики Христа, решили осуществить ее делом и создали Иерусалимскую общину, где христианство сочеталось со строгим коммунизмом. Эта заповедь подробно разъяснялась святыми отцами III–V веков: Киприаном Карфагенским, Василием Великим, Амвросием Медиоланским и в особенности Иоанном Златоустом, который создал глубоко продуманную систему имущественного богословия. На уровне социально-историческом такое богословие становится основанием православного социализма, реализующего идею христианского социального строя.
Ясно, что такая перспектива рушит все планы сатаны по подчинению человечества темным силам. И поэтому он всячески старается этот путь опорочить. Особенно лукавый бьет по братству. Он старается развернуть технический прогресс, замешивая его на индивидуализме и стяжательстве. Это развращает людей и уводит от выполнения социальной заповеди христианства. Более того, сатана разворачивает хитрую клеветническую кампанию по дискриминации Христовой заповеди общинного братства. Сколько ушатов грязи вылито на идею коммунизма и сколько хвалебных песен сложено насчет священной частной собственности, ее абсолютной необходимости для процветания человечества. Таким образом, ясно видны два пути: путь узкий, путь братства, ведущий ко Христу, и путь широкий, путь мамонизма, ведущий народы в духовную пагубу. Сейчас это – основная мировая коллизия, вокруг которой идет яростная борьба.
К несчастью, эта борьба затронула и нашу церковь (везде «церковь» со строчной буквы означает церковь земную), в результате чего святоотеческое имущественное учение начинает постепенно забываться. В результате церковь лишь частично приняла принцип братства – только для общежительных монастырей, которые предназначены для личного спасения. Для мирян предлагается другой путь – не братство, а личная милостыня. Но ведь индивидуальная благотворительность возможна только из своего, что в свою очередь предполагает господство и благодатность частной собственности. Это уже не святоотеческое, а совсем другое богословие, оправдывающее весь омерзительный современный капиталистический порядок.
Характерно, что когда в конце XIX в. замечательный христианский деятель Николай Неплюев, следуя образу Иерусалимской общины, стал строить свое Трудовое Крестовоздвиженское Братство, то многие тогдашние «истинно православные» его жестко критиковали за пренебрежение благотворительностью, называли его дело протестантством и всячески вставляли палки в колеса. Тем не менее Братство Неплюева просуществовало более 40 лет, пережив три революции, три войны и было разрушено лишь в начале 30-х годов. Однако, оно так и осталось единственным примером успешного осуществления у нас в церкви святоотеческой доктрины. Остальная Россия подошла к началу XX в., к сожалению, имея на вооружении частнособственническое богословие. И не удивительно, что последовала Господня епитимья – гонения на церковь в советское время. Нам бы над этим событием глубоко поразмыслить, покаяться и больше не совершать таких ошибок. Но, увы, пока церковь придерживается прежней имущественной парадигмы. Воистину, «
В заключение хочется еще раз напомнить, что те, кто нудно доказывают невозможность социализма должны понять, что отрицают заповеданное Самим Христом. Поэтому я бы советовал им изменить свое мышление – с отрицания, на размышления о том, как эту заповедь можно исполнить.