Православный социализм полностью

Удивительно, но этот призыв практически дословно совпадает со словами из «Манифеста Коммунистической партии» Маркса и Энгельса: «все наше учение сводится к отмене частной собственности» [8]. И хотя авторы «Манифеста» отмечают, что они именно против такой собственности, которая порождает эксплуатацию человека человеком, это не меняет сути дела, а лишь разъясняет ее: право на потребление дает только труд. Только та собственность законна и морально оправдана, которая нажита честным трудом. Как только она превращается в средство эксплуатации других, она сразу же становится преступной и в идеале подлежит уничтожению.

Разница во взглядах Блаженного Августина и марксистов – в том, что первый призывал к добровольной переделке общества для угождения Богу, а марксисты – к насильственной переделке общества для соблюдения абстрактного принципа справедливости. И эта разница оказывается роковой. Бог любит Свое творение, снисходит к его немощи, и терпеливо ждет, когда мы сами созреем для благих изменений в нашем обществе. Душа каждого человека, каким бы грешником он ни был, для Бога драгоценна, в каждой душе Он видит Свой Образ. Марксисты же, будучи атеистами и не имея христианской любви к людям, стремились переделать этот мир насилием. При этом неизбежным оказывается большое кровопролитие и страдания подчас ни в чем неповинных людей.

В приведенном высказывании Блж. Августина следует обратить внимание еще на один момент. Святой призывает отказаться от владения частной собственностью, а если это невозможно – то хотя бы от любви к ней. Таким образом, идеалом все-таки оказывается отказ от самой частной собственности, что подтверждается и призывом Господа к богатому юноше – продать свое имение и раздать нищим. В то же время, как верно отмечает Н. В. Сомин, святые отцы, будучи великими пастырями и понимая, как труден этот идеал, поощряли свою паству идти постепенным путем милостыни, поэтому многие их высказывания носят характер икономии, т. е. пастырского снисхождения к немощи пасомых. Однако, всякий раз, когда речь шла о принципиальной богословской истине, отцы подчеркивали идеальность полного отказа от частной собственности.

К сожалению, среди экзегетов творчества Иоанна Златоуста возобладала тенденция приводить только его икономические высказывания, что является по сути грубым искажением учения Святителя. Увы, христианским богословам минувших веков было больше по душе защищать существующий несправедливый общественный строй с его насилием одних над другими, чем проповедовать евангельскую правду о христианском коммунизме.

Вернемся к вопросу о талантах и способностях человека. Несомненно, что таланты и способности – это дары Божии, которые нужно развивать и умножать, в полном соответствии с притчей о талантах. Кому и для чего дается дар – тайна Божьего Промысла. Дары индивидуальны. «Все ли Апостолы? Все ли пророки? Все ли учители? Все ли чудотворцы? Все ли имеют дары исцелений? Все ли говорят языками? Все ли истолкователи?» (1 Кор 12:29–30). При этом мы должны создавать человеку условия, при которых его дар не зачахнет, а разовьется, что будет одновременно проявлением любви к Богу, Который дал этот дар, и к человеку, его принявшему. А вот материальное состояние человека – для всех одинаково. У всех одна плоть, требующая одинаковых материальных затрат. И здесь невозможна никакая имущественная дифференциация, ибо она является ни чем иным, как эксплуатацией одних другими – грехом против Бога, Творца и Жизнодавца нашего, и против человека, причем как против эксплуатируемого, так и против эксплуататора, ибо, обогащая последнего сверх меры, мы его развращаем.