Несколько десятилетий спустя политику преобразований продолжил Генрих I (1100–1135). Первым же актом — Хартией свобод 1100 г. — он провозгласил политику твердого следования законам: "Я устанавливаю твердый мир во всем королевстве и приказываю, чтобы он поддерживался отныне. Я восстанавливаю законы короля Эдуарда[128] с теми поправками, которые были внесены моим отцом[129] по совету его баронов… Если кто-либо после смерти короля Уильяма, моего брата, присвоил что-либо из того, что принадлежит мне или другим лицам, он должен незамедлительно все вернуть без уплаты штрафа; но если кто-либо оставит себе чужое и это будет обнаружено, он будет подвергнут тяжкому штрафу"[130].
Следующий этап правовых реформ наступил во времена правления Генриха II династии Плантагенетов.
В ряду принятых им актов особое значение имели Великая и Кларендонская ассизы, преобразовавшие судебную систему и учредившие мировых судей и суд присяжных.
Столь же масштабной должна была стать церковная реформа. Ее основы были закреплены в Кларендонской конституции 1164 г. Этот акт устанавливал жесткие ограничения для духовенства. В частности, королевским судам было предоставлено право проверять ведение дел в церковных судах. Архиепископам, епископам и другим духовным лицам запрещалось покидать территорию королевства без согласия короля. При получении такого согласия они должны были принести присягу в том, что, находясь за границей, в пути либо вернувшись обратно, они не будут причинять вред или ущерб королевству и королю[131]. Но завершить церковную реформу Генрих II не сумел. Убийство в декабре 1170 г. его главного оппонента — архиепископа Кентерберийского Т. Бекета так ужаснуло короля, что он предпочел отказаться от проведения реформы. Более того, он даровал духовенству новые, большие, чем прежде, права.
Следующая законодательная реформа была осуществлена вопреки воле короля. Под давлением мятежных баронов король Иоанн даровал подданным Великую хартию вольностей 1215 г. Этот акт представляет интерес не только с точки зрения истории развития, но и с позиции действующего права англосаксонского мира. Поэтому приведем значительный его фрагмент: "Дали мы перед Богом свое согласие и настоящей хартией нашей подтвердили за нас и за наследников наших на вечные времена, чтобы английская церковь была свободна и владела своими правами в целости и своими вольностями неприкосновенно… чтобы ни мы, ни наши чиновники не захватывали ни земли, ни дохода с нее за долг, пока движимости должника достаточно для уплаты долга… чтобы ни один свободный человек не был арестован или заключен в тюрьму, или лишен владения, или объявлен стоящим вне закона, или изгнан, или каким-либо иным способом обездолен, подвергнут нападению нашему либо по приказу нашему иначе, как по законному приговору равных с ним лиц и по закону страны… чтобы за мзду никто не добивался права и справедливости и никому не отказывали в них и не затягивали в их признании… чтобы все купцы имели право свободно и безопасно выезжать из Англии и въезжать в Англию… покупать и продавать без всяких незаконных пошлин, уплачивая лишь старинные и справедливые, обычаем установленные пошлины… чтобы судьи, констебли, шерифы и бэйлифы назначались лишь из тех лиц, которые знают закон королевства и имеют желание его добросовестно исполнять"[132].
Через полвека курс законодательных реформ был продолжен Эдуардом I (1272–1307). За 35 лет своего царствования он принял 31 крупный законодательный акт, многие из которых оставили заметный след в истории английского права.
Чтобы обосновать это суждение и дать общее представление о направлениях реформ, приведем несколько цитат.
"I. Король желает и приказывает, чтобы мир святой церкви и всей страны хорошо поддерживался и охранялся во всех местах. И чтобы одинаковое право принадлежало всем, как богатым, так и бедным, не взирая на лица…
V. И так как выборы должны быть свободными, король запрещает под угрозой тяжкого наказания, чтобы кто-либо из знатных людей или кто-нибудь другой силой оружия или коварства мешал бы кому-либо осуществить свободные выборы…
VIII. И ничего не следует брать за правильное ведение судебного дела (par beau pleyder), как это уже было раньше запрещено в царствование короля Генриха, отца теперешнего короля" (Первый Вестминстерский статут 1275 г.).
