– А со мной никто поздороваться не хочет? – с весельем уточняет Лале, и Аслан тут же стискивает ее в объятиях, стараясь не затронуть картину, над которой она работает. Краем глаза глядит на нее, отстранившись, и в итоге высокопарно заявляет:
– Какую красивую лужу ты нарисовала!
– Аслан -укоризненно обрывает его Влад, подойдя ближе и тоже рассматривая нарисованное море – ну разве так можно? Какая это лужа?
Вдумчивый взгляд еще пристальнее впивается в картину, после чего его обладатель со знанием дела изрекает:
– Видно же, что это лепешка. Просто она чуть заплесневела.
Лале возмущенно одаряет кулачками каждого из них, пока те неугомонно смеются тому, как слаженно сработали.
– Момпен! – возмущается девушка – хоть полай на них что ли!
Ну собака уже вновь успевает уложиться у порога и лишь равнодушно наблюдает за очередной – уже ни одну сотню раз виденной – сценой дурачеств лучших друзей.
– На всякий случай предупреждаю, что мы шутили – смеется Аслан.
– Конечно – теперь и Влад обнимает Лале, с большой неохотой отстраняясь обратно – твои рисунки всегда чудесны. Только поэтому мы и позволяем себе говорить о них подобную чушь.
Лале оборачивается к морю и скептично на него смотрит, после чего заявляет:
– Нет, этот рисунок мне самой не нравится.
– Нет, красиво.. – начинает Аслан, но Лале твердо качает головой.
– Нет – она вздыхает – да разве удивительно? Пытаюсь нарисовать то, чего ни разу в своей жизни не видела! Это невозможно. Конечно, я знаю, что море бурлит, пенится, что может зайтись волнами, и что оно настолько синее, что открывает простор воображению о своих глубинах.. Но знать – это одно. Изобразить не могу. Я ведь сама могу только и представлять это. А картина – это передача не представлений, а чувств. Как я могу почувствовать то, чего не вижу?
Она досадливо вздыхает еще раз:
– Безнадежная идея. Я не смогу это нарисовать.
Парни какое-то время молчат, обдумывая, после чего Аслан протягивает:
– Бурлит, говоришь..
– Пенится.. – кивает Влад – кажется я знаю, что может послужить источником вдохновения.
– Не море конечно – кажется, Аслан думает о том же – но по описанию похоже. Можно сходить к водопаду. Он тоже бурлит..
– И тоже пенится – Влад смотрит на Лале – что скажешь?
Лале задумывается, после чего вновь смотрит на свое море, которое больше похоже на наполовину закрашенный синим холст, будто бы кто-то просто краски вылил, да вытереть забыл.
И решительно кивает:
– Да – после чего хватает полотно – только возьму с собой и прямо там попытаюсь начать. Это будет даже лучше, чем из воспоминаний. Смотреть – и срисовывать некоторые детали.. может, что-то и получится. По крайней мере, ради Нурай я должна хотя бы попытаться.
* * *
Путь к водопаду оказывается неблизким – и Лале отмечает, что никогда тут прежде не ходила. Друзья хмурятся практически одновременно и заставляют ее дать слово, что без них она в одиночку сюда потом и не пойдет. Она мнется, но в итоге ей приходится согласится, потому что они ставят это условием нынешнего похода.
Лале аж становится досадно, кто потянул ее за язык! Она могла бы бегать сюда каждый день – что это мальчикам видится опасность на каждом углу? Мир состоит не только из опасностей и зла, и плохое поджидает на углах никак не меньше, чем хорошее. А если бояться углов – то можно пропустить не только первое, но и второе.
Зато дальний путь позволяет ей успеть полностью пересказать их разговор с дядей в библиотеке.
– Выходит, этот домик нечто вроде подарок любимой? – уточняет Аслан – да уж, печальная история.
Влад предпочитает промолчать.
Но, наконец, они доходят до того, к чему и держали путь – Лале не жалеет ни об уставших ногах, ни о чуть потрепавшемся об ветки платье, ни о спутанных ветром волосах.
Она с восторгом смотрит на открывшийся пейзаж, где поток воды спускается грациозным каскадом между изгибов холма, и решает, что не видела прежде еще ничего более завораживающего.
Наверху этот поток кажется ласковым и расслабленным, точно нежная рука матери, перебирающая пряди дочери. И только внизу становится понятно, с какой мощной силой бьет вода о землю.
Заметив завороженный взгляд девушки, Влад предлагает:
– Подойдет поближе? Там можно расположиться.
Аслан же зябко передергивается, точно ему предложили съесть лягушку:
– Нет. Там же
брызги, бр-р..
Встрепенувшись, он вновь передергивается и отступает на шаг, давая понять, что дальше этого места не сдвинется. Влад смотрит на него с едва заметной улыбкой, понимая, что переубедить не удастся, и снисходительно кивает:
– Ладно, здесь так здесь. Тут тоже можно отлично посидеть.
– И полотно не намокнет – быстро находится Аслан, кивая Лале – а то там эти брызги быстро бы все испортили..
