245. Калга, Жогжа и Кончак. Традиционные мотивы: Е-Зб, 3-1б, П-1а (П-2а), Г-2б (Г-7б), Н-4в,д, К-5г, 0-7а, 0-10а (0-10б), Р-1н, Т-la (Т-2а), 0-13, 0-12, Н-20а, П-1и (П-2и), Т-la (Т-2а), У-4а (У-4г), У-5а,б (У-5д), Ф-1и (Ф-2и, Ф-4и), Ф-1з (Ф-2з, Ф-4з). Вариант — см. № 174. В своей экспозиции это предание о трех братьях-первопоселенцах. В его основе противостояние героя, изображаемого на фоне коллектива обладателем магического предмета, антагонисту, представленному тройным персонажем (с помощью такого утроения первобытное мышление осознает единичность). Образ последнего синкретичен и полистадиален: это и мифолого-эпический персонаж (богатырь-колдун с элементами бога грозы — см. № 20, 154), и морской разбойник, грабивший поморов на промыслах, и первопоселенец-эпоним островов и мыса. Данный текст — разновидность предания об Анике (см. № 251—256). В последней его части, где повествуется о Кончаке — похитителе женщины, обнаруживается сходство с преданием о Рахте Рагнозерском и разбойниках — см. № 166.
Варианты: № 174, 246—247.
246. Колга, Жожга и Кончак. Традиционные мотивы: Е-Зб, 3-1б, Н-4в, д, П-1б,г (П-26, г), 0-10а (0-10б), Р-1н, Т-la (Т-2а), Т-la (Т-2а), О-12, Н-За, Н-20а, П-1и (П-2и), Т-1г (Т-2г), У-4а (У-4г), У-5а,б (У-5д), Ф-1з (Ф-2з, Ф-4з). Вариант — см. № 245. Локализация разбойников вдоль оживленных путей (в данном случае морского, ведущего на рыбный промысел либо в Соловецкий монастырь) типична для преданий этого цикла и соответствует действительности. В предании содержатся элементы быличек о покойниках.
247. Колга, Жижга и Кончак. Традиционные мотивы: Е-Зб, 3-1б, Н-4д, ж, в, П-1б (П-2б), 0-10а (0-10б), Р-1н, Т-la (Т-2а), П-1и (П-2и), Н-20а, Т-la (Т-2а), У-4а (У-4г), У-5а, б (У-5д), 3-10, 3-10, 0-12. Вариант — см. № 245. В данном тексте безымянный обладатель магической силы (магического предмета: батога, клюки) трансформируется в персонаж легенды — Николая-чудотворца, одна из функций которого — покровительство морякам (рыбакам). В образе антагониста продолжена традиция статичного динамизма: представляя собой синкретическое единство с занимаемым пространством, Колга обладает магической способностью подтягивать к себе проходящие мимо суда с целью ограбления.
248 Богатырь Пашко и разбойники. Традиционные мотивы: Ж-2б, Н-7б-(Н-86), Ф-2ж, 3-1б, К-2д, 0-6, Н-1а, 0-6, У-4а (У-4г), Т-1г (Т-2г), 0-4 (0-l) Н-14а (С-2а), 0-9д, 0-106, Р-1н, Т-la (Т-2а), Ф-la (Ф-2а), Ф-1з (Ф-4з), Ф-1и (Ф-4и), Б-6а, И-4. В основе предания единоборство героя (богатыря, мага, землепашца, плотника) с антагонистом (семью разбойниками с атаманом-магом во главе), которое осмысляется как состязание в магической силе, Юромско-Великодворский погост впервые упоминается в 1513 г. (Краткое историческое описание приходов и церквей Архангельской епархии. Архангельск, 1895. Вып. II. С. 329). Речь идет о строительстве церкви Михаила и Гавриила Архангелов (1685—1933) в с. Юрома Лешуконского р-на Архангельской обл. Эта церковь входила в Юромский ансамбль — выдающийся памятник деревянного зодчества Русского Севера (Грабарь И. Э. История русского искусства. М., 1910. Т. 1. С. 398—399; Красовский М. В. Курс истории русской архитектуры. Пг., 1916. С. 263—265).
249. Разбой на реке Кокшеньге. Традиционные мотивы: П-2б, е, П-2ж, е, Г-7б, Х-7а, Ф-4ж, П-2а, 0-6 (0-9д), 0-6 (0-9д), 0-10б, Р-1н, Т-2а, С-2в, Р-1г, У-5д. Вариант — см. № 242. Структура предания определяется оппозицией свой/чужой, которая реализуется в противоборстве героя (крестьянина Прони, персонифицирующего его односельчан) и антагониста («разбоя» из 40 человек, персонифицированного в их атамане). Состязание в магическом искусстве перерастает в реальную борьбу крестьян с разбойниками. Факты разбоя на Кокшеньге, обусловленного наличием здесь оживленных торговых путей, засвидетельствованы еще в 1601 г. (Акты Холмогорской и Устюжской епархий. СПб., 1894. Ч. 2. Стб. 528—529). Упоминание о крестьянине из Ростова — реалия, связанная с массовым переселением на Север крестьян из Волго-Окского междуречья с конца XIII — начала XIV в.
Селения на р. Кокшеньге в Тарногском р-не Вологодской обл.
Вариант: № 242.
250. Андронова гора, или Челпан. Традиционные мотивы: Г-7а, б, 3-1б, К-5д, П-2б, е, и, Х-5г, 0-10б, Р-1в (У-1в), У-5д, Б-6а (Б-5а), П-2л, Ф-4и (Ф-4з). Мотив избавления от антагонистов в результате свершившегося чуда, связанный в данном случае с разбойниками, распространен в архаических преданиях о борьбе с внешними врагами (см. № 279—280), а также в быличках о провалившихся в землю «жительстве», «беседе» и пр. (см.: АКФ. 40. № 6; 135. № 56-57).
Местность в Каргопольском р-не Архангельской обл.
(Андронова гора находилась в 7 км от Архангельского тракта, к юго-западу от него, на территории Волосовской вол. Каргопольского у. Олонецкой губ.).